Уголовно-правовая ответственность за фальсификацию доказательств

Курсовая работа

Правосудие является важнейшим гарантом прав и свобод личности, конституционных и политических основ, необходимым условием функционирования государственных и общественных институтов. Деятельность органов правосудия во многом зависит от обеспечения её охраны, в том числе уголовно-правовыми средствами, среди которых важную роль играет норма об ответственности за фальсификацию доказательств.

В системе преступлений против правосудия одним из наиболее опасных преступлений является фальсификация доказательств (ст. 303 УК РФ).

При фальсификации доказательств создаются предпосылки к вынесению незаконных и необоснованных решений; фальсификация доказательств наносит ущерб авторитету судебной власти, способствует иным преступлениям против правосудия и против интересов государственной службы.

Необходимость и актуальность анализа отношений уголовной ответственности, возникающих в связи с совершением преступления, предусмотренного ст. 303 УК РФ, объясняется также тем, что в настоящее время в доктрине уголовного права отсутствует единство мнений по многим принципиальным вопросам его юридической природы и квалификации в условиях конкуренции нормы ст. 303 УК с нормами, предусматривающими ответственность за должностные преступления (ст. 285 и ст. 292 УК РФ).

Цель настоящей курсовой работы состоит в установлении уголовно-правовой характеристики фальсификации доказательств.

Для достижения поставленной цели необходимо разрешить следующие задачи :

  • раскрыть уголовно-правовое содержание понятия доказательства и фальсификации доказательств;
  • провести анализ элементов состава фальсификации доказательств;
  • определить тяжкие последствия как признак преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 303 УК РФ;
  • представить предложения учёных-юристов о совершенствовании нормы об уголовной ответственности за фальсификацию доказательств;
  • отграничить фальсификацию доказательств по уголовному делу от служебного подлога.

Уголовно-правовая характеристика преступления

11 стр., 5007 слов

Понятие и виды преступлений против правосудия

... преступлений против правосудия; рассмотреть систему преступлений против правосудия; дать уголовно правовую характеристику некоторым видам преступления против правосудия. Предметом данной работы являются общественные отношения, складывающиеся при совершении преступлений против правосудия. Объектом изучения выступают особенно уголовно-правовой характеристики отдельных видов преступлений против ...

Преступления против правосудия — это посягательства на нормальную деятельность органов предварительного следствия, дознания, судов, уголовно-исполнительных органов по всестороннему и объективному расследованию преступлений, правильному разрешению уголовных, гражданских, арбитражных и административных дел, надлежащему исполнению судебных решений.

Фальсификация доказательств — это опасное преступление, посягающее на нормальную деятельность органов расследования преступлений. Норма, предусмотренная ст. 303 УК РФ, является новеллой в отечественном уголовном законодательстве. В УК РСФСР 1960 г. подобного состава преступления не было, хотя в некоторых его статьях был предусмотрен такой квалифицирующий признак, как «искусственное создание доказательств обвинения» (ст. 180, 181 УК РСФСР) .

Общественная опасность преступления состоит в том, что фальсификация доказательств мешает установлению объективной истины в уголовном или гражданском деле, вынесению законного справедливого судебного акта. А это может привести к существенным нарушениям законных прав и свобод личности. Конституцией РФ (ст. 50) установлено, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Под фальсификацией понимается искажение фактических данных, являющихся вещественными или письменными доказательствами. Вещественными доказательствами признаются предметы, которые могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела (ст. 73 ГПК , ст. 76 A П K ). Письменными доказательствами являются акты, документы, письма, содержащие знаковую информацию об обстоятельствах, имеющих значение для дела (ст. 71 ГПК, ст. 75 АПК).

Фальсификация доказательства может проявиться в подчистке документа, уничтожении вещественного доказательства, во внесении в документ заведомо ложных сведений и т.п.

В диспозиции ч. 1 ст. 303 УК РФ понятие «фальсификация» не раскрывается. «Фальсификация (подделка), — отмечается в одном из определений высшей судебной инстанции, — означает сознательное искажение представляемых доказательств» . Л.В. Лобанова считает, что к способам этого преступления следует также отнести уничтожение или изъятие доказательств, отказ компетентного должностного лица в приобщении к делу имеющих значение данных . Но уничтожение или изъятие доказательств представляет собой их ликвидацию, а в норме речь идет о фальсификации, т.е. об искажении. Поэтому, комментируя ст. 303 УК РФ, В.В. Демидов пишет: «Не образуют данного состава изъятие доказательств из уголовного дела или его уничтожение» .

10 стр., 4869 слов

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПРАВОСУДИЯ

... следующих задач: дать общую характеристику преступлений против правосудия, рассмотреть особенности и специфику данной группы преступлений, классифицировать преступления против правосудия на основе различных критериев, выяснить основную цель наказуемости преступлений против правосудия, уточнить социальную направленность данной ...

В законе ответственность дифференцирована в зависимости от ряда обстоятельств. Частью 1 ст. 303 УК охватывается фальсификация доказательств по гражданскому делу, ч. 2 – по уголовному делу, в ч. 3 закреплены квалифицированные виды этих преступлений.

Предметом преступления являются доказательства . Они представляют собой определённый в процессуальном законодательстве источник, получе нный в соответствии с т ребова ниями процессуального законодательства и содержащий сведения (информацию), необходимые для принятия законного и обоснованного решения по гражданскому или уголовному делу.

Доказательства складываются из совокупности относимых, допустимых, достоверных, достаточных данных. Если какой-либо из перечисленных признаков отсутствует, то фактические данные не могут быть признаны доказательствами по делу. Именно фактические данные (т.е. сведения о фактах) являются предметом фальсификации.

Предметом преступления, предусмотренного ст. 303 УК РФ, являются лишь письменные и вещественные доказательства.

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Вещественными доказательствами являются предметы, которые по своему внешнему виду, свойствам, месту нахождения или по иным признакам могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 73 ГПК РФ).

Родовым объектом преступлений против правосудия являются общественные отношения по осуществлению государственной власти. Видовой объект — совокупность общественных отношений, обеспечивающих специфический вид государственной деятельности суда и органов, содействующих ему, по реализации целей и задач правосудия. Непосредственный объект преступлений против правосудия — общественные отношения, обеспечивающие реализацию конституционных принципов правосудия, нормальную деятельность конкретных органов по осуществлению правосудия, реализации функции уголовного преследования, а также исполнению судебных актов. Большинство преступлений против правосудия являются двуобъектными и многообъектными. В качестве дополнительного непосредственного объекта могут выступать конституционные права и свободы личности, здоровье, жизнь, отношения собственности и др.

3 стр., 1379 слов

Значение нотариальной формы сделок с недвижимостью

... с помощью выдачи судебного приказа. Одновременно предлагалось существенно снизить размер государственной пошлины за нотариальное удостоверение сделок. ... недвижимость, т. е. государственная регистрация имеет не техническое, а юридическое (правообразующее) значение. В соответствии с ... продажи, совершенного в нотариальной форме, и его копия для приобщения к делу правоустанавливающих документов; - ...

В определении по делу А. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала: «Умышленные действия А. по искусственному созданию доказательств виновности И. повлекли существенное нарушение её прав и законных интересов, установленных ст. 50 Конституции РФ, запрещающей при осуществлении правосудия использовать доказательства, полученные с нарушением федерального закона; лишили её в полной мере возможности реализовать свои права на защиту, предусмотренные ст. 7, 46 и 47 УПК, дискредитировали органы прокуратуры; привели к подрыву авторитета правоохранительных органов и доверия граждан к государству, обязанному в соответствии со ст. 2, 17, 18, 45 Конституции РФ обеспечить защиту указанных прав граждан» .

Объективная сторона. Вопрос об отнесении формы общественно опасного деяния при фальсификации доказательств к действию или бездействию в юридической литературе решается неоднозначно. Большинство исследователей этой проблемы утверждают, что рассматриваемое преступление выражается только в форме действия , другие — как в форме действия, так и в форме бездействия . Исследование материалов судебной и следственной практики показало, что во всех случаях фальсификация доказательств проявляется в форме общественно опасного действия, т.е. характеризуется активным в уголовно-правовом смысле поведением виновного.

Вместе с тем с учётом того, что категория уголовно-правового бездействия не имеет однозначного научного толкования, а также с учётом концепции «смешанного» бездействия и специального субъекта рассматрива емого преступления данное преступление в принципе может быть совершено и в форме общественно опасного бездействия. Например, следователь преднамеренно не ставит соответствующих вопросов перед экспертом либо подозреваемым для того, чтобы сформировать алиби или, наоборот, доказательства вины последнего; не приобщает к материалам уголовного дела заключение дополнительной экспертизы, выводы которой имеют существенное значение для признания вины обвиняемого. П.С. Метельский приводит следующие примеры уголовно-правового бездействия при фальсификации доказательств: следователь или дознаватель, выполняя следственное действие, умышленно не производят изъятие доказательств (например, в ходе осмотра или обыска не изымают следы, возможно оставленные преступником, наркотические средства или оружие), не фиксируют информацию, имеющую доказательственное значение .

4 стр., 1572 слов

Проблемы уголовной ответственности за фальсификацию доказательств

... Данный фактор также подтверждает актуальность избранной темы исследования. Примеры фальсификации доказательств по уголовному делу в практике встречаются чаще, чем отраженные ... правовые акты относительно фальсификации доказательств можно подразделить на две группы: 1) содержащие запрет на фальсификацию доказательств; 2) не содержащие запрет на фальсификацию доказательств как самостоятельное ...

Объективная сторона преступления состоит в воспрепятствовании и противодействии нормальной деятельности органов, осуществляющих правосудие. Чаще всего это проявляется в форме действия (заведомо незаконный арест), реже акта бездействия (уклонение от дачи свидетелем показаний).

Способы фальсификации доказательств по уголовному или гражданскому делу настолько разнообразны, что вряд ли можно привести их исчерпывающий перечень в виду того, что каждое доказательство уникально по своему информационному содержанию. Сущностной характеристикой любой фальсификации доказательства является либо создание фальсифицированного (подложного) доказательства заново, либо внесение любого изменения, искажающего достоверный характер содержавшихся в нём сведений, в уже имеющееся доказательство. Исходя из сказанного, Д.Е. Сычёв не может согласиться с позицией о том, что создание, например, протокола следственного действия из «ничего» «не свидетельствует о фальсификации доказательств», делая такое доказательство всего лишь недопустимым .

С другой стороны, нельзя расценивать как фальсификацию доказательств по уголовному делу их уничтожение или изъятие, отказ в приобщении к делу имеющих значение данных, а также подкладывание (подбрасывание) предметов с целью их последующего изъятия и оформления в качестве доказательств вне рамок идущего производства по уголовному делу. Данной позиции придерживаются А.Г. Кибальник и В.А. Майборода. Если подложный предмет «подбрасывается» с целью получить повод для возбуждения уголовного дела, то процессуально в это время не может существовать само доказательство, ведь уголовного дела, находящегося в производстве, ещё попросту нет. Деяние в виде фальсификации доказательств по гражданскому или уголовному делу можно определить как действие субъекта, выраженное в любом изменении формы или содержания доказательства, заведомо лишающем его качества достоверности, либо в изначальном создании заведомо недостоверного доказательства .

В литературе и на практике иногда предлагается расширительно толковать термин «фальсификация», относя к способам совершения этого преступления уничтожение или изъятие доказательств, отказ компетентного должностного лица в приобщении к делу имеющих значение данных .

Однако фальсификация предполагает не устранение доказательств путём их уничтожения или изъятия из уголовного дела или непринятие данных, имеющих доказательственное значение, а оставление в деле, но в искаженном виде. Так считают Бриллиантов А.В., Долженкова Г.Д., Иванова Я.Е. и многие другие. Умышленное непринятие мер по процессуальному закреплению полученных фактических данных и неприобщение к делу существующих и имеющих доказательственное значение документов также не является фальсификацией, поскольку в этом случае доказательств еще просто нет в наличии . Такие деяния следует относить к злоупотреблению должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ).

5 стр., 2367 слов

Вещественные доказательства в уголовном процессе (2)

... ч. 1 ст. 217 и ч. 1 ст. 284 УПК вещественные доказательства на стадии ознакомления с материалами уголовного дела предъявляются для ознакомления обвиняемому и его защитнику, а на ... момента их получения. В этих целях могут проверяться условия хранения. И, в-третьих, вещественное доказательство должно быть приобщено к делу особым постановлением следователя[19] либо постановлением или определением суда. ...

Уничтожение или сокрытие доказательств иными лицами, не являющимися работниками суда или правоохранительных органов, в зависимости от конкретных обстоятельств может быть квалифицировано как укрывательство преступлений (ст. 316 УК РФ).

Вместе с тем следует отметить, что вопрос об уничтожении доказательств, непринятии мер по их закреплению требует законодательного решения.

Типичными способами фальсификации являются: внесение искаженных сведений в подлинный документ; уничтожение или исправление части документа, отдельных слоев или цифр; внесение в документ дополнительных данных; подделка подписи должностного лица; закрепление на документе оттиска поддельной печати и т.п. Фальсификация доказательств включает в себя также подмену, деформирование и иное искажение вещественных доказательств (например, нанесение пятен крови на соответствующий предмет, так называемый материальный подлог ) либо составление ложных по содержанию письменных доказательств или изготовление вещественных псевдодоказательств ( интеллектуальный подлог ) . В судебной и следственной практике достаточно часто имеют место случаи одновременного выполнения как материального, так и интеллектуального подлога. Например, старший следователь отдела по расследованию преступлений против собственности следственного управления при УВД Железнодорожного района г. Красноярска М. осуждена за фальсификацию доказательств по уголовному делу, совершенную при следующих обстоятельствах. В своем служебном кабинете в ходе досудебного производства по уголовному делу, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 158 УК РФ, она заполнила протокол выемки от 15 марта 2003 г., в котором указала не имевший место в действительности факт изъятия у Кудинова похищенной у него ранее меховой шапки, поставив в графе «подпись лица, получившего протокол» подпись за Кудинова. Затем М. составила протокол осмотра якобы изъятой шапки от 15 марта 2003 г. и этим же днем вынесла постановление о приобщении шапки к делу в качестве вещественного доказательства .

А.Н. Белозерских считает, что сложно согласиться с Д.Е. Сычёвым, полагающим, что заочное изготовление следователем протоколов без участия свидетелей и, стало быть, сопряженное с подделкой их подписей содеянное «является незаконным способом собирания доказательств и вследствие грубого нарушения уголовно-процессуального законодательства влечет за собой признание этих доказательств недопустимыми, но не свидетельствует о фальсификации доказательств» . Как раз иной подход к квалификации подобных случаев отражен как в местной, так и федеральной практике применения рассматриваемой уголовно-правовой нормы.

7 стр., 3043 слов

Вещественные доказательства в уголовном процессе

... его результаты фиксируются в протоколе данного следственного действия-осмотра вещественного доказательства (предмета), оформляемого самостоятельным протоколом. И в-третьих, вещественное доказательство должно быть приобщено к делу особым постановлением следователя либо постановлением или определением ...

Деяния, выражающиеся в подкладывании, подбрасывании предметов или документов с целью их последующего изъятия и оформления в качестве доказательств, в уголовно-правовом смысле охватываются понятием «фальсификация» и их также следует квалифицировать по ст. 303 УК РФ. В случаях, несмотря на то, что процессуальное оформление проводится в соответствии с законом, фальсифицируется само основание признания предмета (документа) доказательством . В этой связи нельзя не согласиться с мнением Ю.И. Кулешова, справедливо не разделяющего отраженную в ряде судебных решений позицию, «согласно которой к фальсификации относится только предоставление некачественной информации и не относится искажение процессуальной формы доказательства» .

Следовательно, в подкладывании, подбрасывании «фальсифицируется факт такого отражения, поскольку эти предметы (документы) не находились ни в какой связи с событиями, подлежащими установлению, и не могут быть источниками фактических данных о них» . Более того, подобное подкладывание (подбрасывание) различных предметов (например, наркотического средства) с целью их дальнейшего изъятия и оформления в качестве доказательства вне рамок производства по уголовному делу также должно быть оценено как фальсификация доказательств. В связи с этим нельзя поддержать точку зрения А.Г. Кибальника и В.А. Майбороды, согласно которой такие действия не являются фальсификацией доказательств, поскольку «процессуально в это время не может существовать само доказательство, ведь уголовного дела, находящегося в производстве, еще попросту нет» .

Фабрикация документов, которые по тем или иным причинам не были приняты судом и не рассматривались в качестве доказательств, также образует состав преступления, предусмотренного ст. 303 УК РФ, поскольку действия предъявителя поддельных доказательств не зависят от судебной оценки представляемых суду фиктивных документов. Исходя из позиции Верховного Суда РФ, «по смыслу ст. 303 УК РФ под фальсификацией доказательств понимается искусственное создание или уничтожение доказательств в пользу обвиняемого или потерпевшего. Такими действиями могут быть признаны уничтожение или сокрытие улик, предъявление ложных вещественных доказательств» .

Существует несколько подходов к решению вопроса о том, с какого момента фальсификация доказательств по уголовному делу является оконченным преступлением.

Согласно первому подходу , преступление признаётся оконченным с момента предъявления фальсифицированного доказательства суду, т.е. имеет формальный состав. Для квалификации содеянного не имеет значения, повлияло ли оно на вынесение решения по делу. Не охватываются составом рассматриваемого преступления заведомо ложные показание, заключение эксперта или неправильный перевод. Указанные действия образуют самостоятельное преступление, предусмотренное ст. 307 УК. Квалификация преступления не меняется, если доказательства не были приняты судом или не повлияли на разрешение дела. Сторонниками данной позиции выступают А.И. Рарог , Т.А. Веденеева и многие другие.

13 стр., 6467 слов

Расследование преступлений в сфере экономической деятельности

... существенных причин затруднений при раскрытии преступлений экономической направленности заключается в объективной ограниченности возможностей получения доказательств по конкретным уголовным делам». Не случайно многие рассматривают процесс расследования преступлений в конфликтных ситуациях как ...

А.И. Рарог, а также Г.А. Есаков и А.И. Чучаев считают, что момент окончания преступления определяется в зависимости от того, кем оно совершено. Фальсификация доказательств лицом, производящим дознание, следователем и прокурором будет оконченным с момента совершения указанных действий; фальсификация доказательств защитником – с момента предъявления их органам дознания, предварительного следствия или суду .

В соответствии с другим подходом фальсификация доказательств будет окончена только в случае приобщения подложного доказательства к материалам соответствующего дела в порядке, установленном процессуальным законодательством. Этого мнения придерживаются В.М. Лебедев , А.В. Галахова , В.И. Сверчков и А.В. Бриллиантов .

В кассационном определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ в отношении осужденной С. указывается, что фальсификация доказательств «считается оконченной с момента приобщения фальсифицированных доказательств к материалам дела в порядке, установленном процессуальным законодательством» . А вот при фальсификации за щитником доказательств, еще не введённых в уголовный процесс, преступление, как представляется, становится оконченным с момента поступления ходатайства защитника о приобщении к уголовному делу неких документов или предметов (веществ) в качестве доказательства .

Изучение судебной и следственной практики показывает, что исследуемое преступление следует считать оконченным с момента приобщения сфальсифицированного доказательства к материалам дела либо с момента искажения содержания или видоизменения подлинных доказательств, ранее уже приобщенных к материалам дела, либо с момента совершения действий, направленных на исключение или подмену каких-либо доказательств .

Согласно третьему подходу , преступление считается оконченным с момента фальсификации доказательства следователем, прокурором или лицом, производящим дознание. При совершении преступления защитником деяние окончено с момента предъявления сфальсифицированного доказательства органам дознания, предварительного следствия или суду. При этом для квалификации не имеет значения, было ли доказательство признано таковым, повлияло ли на исход рассмотрения дела или нет . С данным подходом согласны А.Г. Кибальник , В.С. Комиссаров .

Согласно ч. 1 ст. 303 УК, субъектами фальсификации доказательств по гражданскому делу являются лица, участвующие в деле, и их представители. Уголовный закон не даёт исчерпывающего перечня субъектов фальсификации доказательств по гражданскому делу — поэтому можно утверждать, что при определении субъектного круга данный состав имеет бланкетный характер, отсылая к действующему процессуальному законодательству.

14 стр., 6719 слов

Фальсификация документов

... изъято из документов. В дальнейшем фальсификация документов приобрела достаточно определенное значение. Подложные документы использовались для доказательства прав на ... переписывалась. Ведь документы - россыпь букв на листе бумаги - можно состряпать, подтасовать, фальсифицировать, подправить, скрыть, ... Кадеше, самостоятельно уничтожив полчища врагов. На самом деле Рамзес II лично участвовал в бою, лишь ...

Лица, участвующие в деле, определены ст. 34 ГПК и ст. 40 АПК. К ним относятся: истец, ответчик, прокурор, заинтересованные в деле граждане, заявители и другие лица. Под представителем понимается законный представитель или лицо, уполномоченное в надлежащем порядке оформленным документом на ведение дела в суде (ст. 48-54 ГПК, ст. 59-61 АПК, ст. 25.3-25.5 КоАП ).

Субъектами фальсификации доказательств по уголовному делу являются сотрудник органа дознания, производящий неотложные следственные действия или оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ) до возбуждения уголовного дела, начальник подразделения дознания, лицо, производящее дознание, руководитель следственного органа, следователь-криминалист, эксперт, специалист, потерпевший, а также судья, секретарь судебного заседания, помощник судьи .

Не несут ответственности по ч. 1 ст. 303 УК должностные лица. Фальсификация доказательств, совершаемая ими, признаётся служебным подлогом и квалифицируется по ст. 292 УК.

Круг специальных субъектов фальсификации доказательств по уголовному делу выглядит принципиально иначе: в ч. 2 ст. 303 УК исчерпывающим образом оговорено, что уголовной ответственности за это преступление могут подлежать только дознаватель, следователь, прокурор и защитник по уголовному делу.

Защитником по уголовному делу могут быть фальсифицированы документы, вещественные доказательства, приобщаемые к делу по его ходатайству, либо он может быть соучастником данного преступления .

Ш., работая адвокатом Сургутской юридической консультации, склонил заместителя начальника следственного отделения при УВД г. Сургута К., расследовавшего уголовное дело по разбойному нападению, сфальсифицировать протокол допроса потерпевшей П. Его действия судом обоснованно были квалифицированы по ч. 4 ст. 33 и ч. 2 ст. 302 УК .

Подобным образом субъектами фальсификации доказательств следует признать не только лицо, производящее дознание, следователя, прокурора, защитника, но и других лиц, если они действуют с ведома лица, производящего дознание, следователя, прокурора или защитника, с целью последующего использования сфальсифицированных доказательств. Подобные изменения позволили бы снять вопрос о юридической оценке действий того, кто фактически сфальсифицировал доказательства, но не является следователем, прокурором или защитником. Деяние должностных лиц в предлагаемом подходе к описанию преступления выражалось бы в их осведомлённости об искажении доказательств. Очевидно, что следователь не может выступать в роли статиста, который фиксирует информацию, связанную с расследуемым преступлением. Устанавливая истину по делу, он одновременно призван гарантировать допустимость собираемых доказательств .

В число субъектов ч. 2 ст. 303 УК РФ Т.А. Веденеева предлагает включить потерпевшего, который наделён правом собирать и представлять доказательства органам предварительного расследования и суду, поэтому нельзя исключить возможность его вмешательства в ход судебного или предварительного расследования.

Нельзя также обойти стороной и экспертов, поскольку в момент проведения экспертизы доказательства находятся в их полном распоряжении, и при наличии определенных мотивов и целей они имеют возможность сфальсифицировать их.

Довольно распространенной является фальсификация судьями приговоров, протоколов судебных заседаний (например, внесение в протокол и в вводную часть приговора участников процесса, которые в судебном заседании не присутствовали; внесение в приговор сведений, не соответствующих действительности).

Однако нередко судьи вообще не привлекаются к уголовной ответственности за подделку документов, а применяемые к ним меры ограничиваются дисциплинарной ответственностью в виде досрочного прекращения полномочий.

Также она предлагает в число субъектов фальсификации доказательств по уголовному делу включить секретаря судебного заседания и помощника судьи, поскольку в отсутствие секретаря помощник его заменяет, то есть выступает в качестве секретаря и ведет протокол судебного заседания в ходе судебного заседания, который в соответствии с УПК РФ является доказательством по делу .

С субъективной стороны деяние, предусмотренное ст. 303 УК РФ, характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознаёт, что тем или иным способом искажает доказательства, и желает эти доказательства использовать.

Мотивы и цели могут быть любыми (личная заинтересованность в исходе дела, в том числе месть, зависть, ложно понятые интересы службы, месть в связи с национальной или религиозной враждой или ненавистью, уверенность в виновности лица, желание помочь близким и т.п.).

На квалификацию преступления они не влияют , поскольку не предусмотрены законом в качестве обязательных признаков состава преступления. Но они должны учитываться при индивидуализации наказания в рамках санкции, предусмотренной за инкриминируемое деяние. Например, совершение преступления по мотиву сострадания признается обстоятельством, смягчающим наказание (п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ), и, напротив, из мести за правомерные действия других лиц — отягчающим обстоятельством (п. «е» ч. 1 ст. 63 УК РФ) .

Высшая судебная инстанция считает, что всегда необходимо устанавливать мотивы и цели совершения данного преступления. Так, было прекращено уголовное дело в отношении следователя, который сам изготовил протокол допроса потерпевшей, основываясь на обстоятельствах, изложенных в ее объяснении. Суд установил, «… что фальсификация доказательств не оказывала влияние на разрешение дела по существу» .

Субъективная сторона ч. 3 ст. 303 УК РФ может характеризоваться и двойной формой вины. Субъект фальсифицирует доказательства умышленно, но отношение к причинению тяжких последствий — неосторожное .

В ч. 3 ст. 303 УК установлена ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком или особо тяжком преступлении, а равно за фальсификацию доказательств, повлекшую тяжкие последствия. Таким образом, в ч. 3 ст. 303 указаны два альтернативных отягчающих обстоятельства, причём одно из них характеризует само поведение виновного, а другое — последствия такого поведения. Следовательно, квалифицированный вид фальсификации доказательств имеет формально-материальный состав .

Понимание фальсификации по уголовному делу о тяжком или особо тяжком преступлении не представляет особой теоретической трудности, так как данное квалифицирующее обстоятельство носит формализованный характер. При этом не играет юридической роли, сфальсифицировано обвинительное или оправдывающее доказательство.

Гораздо более сложен вопрос о вменении такого квалифицирующего фальсификацию доказательств обстоятельства, как наступление тяжких последствий. Это обусловлено, в первую очередь, оценочным характером «тяжких последствий», наступающих в результате фальсификации. Надо оговорить, что в ч. 3 ст. 303 УК РФ не указано, фальсификация по какому именно делу может повлечь тяжкие последствия. Очевидно, что они могут наступить в результате фальсификации как по уголовному, так и по гражданскому делу. Трудности установления признака тяжких последствий обусловлены ещё и тем обстоятельством, что в официальных судебных толкованиях оценочного признака тяжких последствий при квалификации самых разных преступлений нет внутреннего единства, что не способствует выполнению конституционного предписания о единообразном применении уголовного законодательства на всей территории России (ст. 71 Конституции РФ).

Ввиду материального характера фальсификации доказательств, повлекшей тяжкие последствия, субъективное отношение виновного может выражаться в прямом или косвенном умысле по отношению к факту наступления таких последствий .

Законодатель не определяет тот вред, который признаётся тяжким, предоставляя это делать суду с учётом всех обстоятельств.

К тяжким последствиям можно отнести, например, самоубийство или попытку самоубийства либо тяжелую болезнь проигравшего по гражданскому делу, его близких родственников. Тяжкими также могут считаться такие последствия, как разорение, банкротство, незаконное взыскание имущества, подрыв деловой репутации, вызвавший серьезное ухудшение положения на рынке, финансового состояния предприятия и т.п. Все указанные последствия могут быть учтены при квалификации деяния по ч. 3 ст. 303 УК РФ только в том случае, если они находятся в причинной связи с рассматриваемым преступлением и не вызваны другими причинами.

В условиях состязательного уголовного процесса вероятность представления в суд сфальсифицированных доказательств достаточно высока, крайне нежелательна и опасна. Установление ответственности за преступления, предусмотренные ч. 2 и 3 ст. 303 УК РФ, направлено на борьбу со случаями представления в суд заинтересованными в исходе дела лицами недоброкачественной доказательной информации, на предупреждение фактов неправосудных судебных решений на основе сфальсифицированных доказательств.

Перспективы развития нормы об уголовной ответственности за фальсификацию доказательств

Очевидно, что фальсификация доказательства, совершаемая судьёй, призванным отправлять правосудие по гражданскому и уголовному делу, наносит несравненно больший вред интересам правосудия, нежели аналогичное преступление, совершаемое участниками гражданского или уголовного судопроизводства. Кроме того, в реальности случаи фальсификации доказательств, совершаемых судьями, не так уж и редки, о чём свидетельствуют обзоры практики Высшей квалификационной коллегии судей РФ, поэтому А.Г. Кибальник и В.А. Майборода считают необходимым признание судей субъектами фальсификации доказательств .

Также они полагают, что кардинально улучшить ситуацию с единообразным установлением признака тяжких последствий как результата фальсификации доказательств сможет формализация данного квалифицирующего признака. Тем более, что именно по пути формализации оценочных правовых признаков следует в последнее время сам законодатель.

Известно, что в подавляющем большинстве гражданские дела — это споры по разрешению конфликтов имущественного характера (а при рассмотрении дела арбитражным судом — это экономические споры).

Логично предположить, что основной целью фальсификации доказательств по гражданским делам является стремление незаконным образом разрешить в свою пользу конфликт подобного рода. Следовательно, «тяжкие последствия» фальсификации доказательств по гражданскому делу возможно определить в денежном эквиваленте (именно он будет выражать последствия в виде разорения, банкротства, незаконного взыскания имущества, серьёзного ухудшения финансового положения хозяйствующего субъекта) .

Новую редакцию ст. 303 предлагает и аргументирует Т.А. Веденеева:

«1. Фальсификация доказательств по гражданскому и арбитражному делам лицом, участвующем в деле, или его представителем, а также по делам об административных правонарушениях лицом, имеющим право составлять протокол об административном правонарушении, а также потерпевшим, защитником, представителем или лицом, рассматривающим данное административное дело (материал).

2. Фальсификация доказательств по уголовному делу сотрудником органа дознания, производящим неотложные следственные действия или оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ) до возбуждения уголовного дела, начальником подразделения дознания, лицом, производящим дознание, руководителем следственного органа, следователем, следователем-криминалистом, прокурором, экспертом, специалистом, потерпевшим, защитником, а также судьей, секретарем судебного заседания, помощником судьи.

3.Фальсификация доказательств по уголовному делу о тяжком или особо тяжком преступлении, а равно фальсификация доказательств, предусмотренная частями первой и второй настоящей статьи, повлекшая тяжкие последствия» .

В.Н. Борков предлагает следующую редакцию ч. 2 ст. 303 УК РФ:

«Фальсификация доказательств по уголовному делу с целью их последующего использования, совершенная лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или защитником, а равно другим лицом с ведома лица, производящего дознание, следователя, прокурора или защитника, — …».

«Другие лица» должны осознавать фальсификацию ими именно доказательств, влияющих на принятие процессуальных решений. Наличие данного обстоятельства должно устанавливаться в обязательном порядке. Например, признаки сконструированного нами состава отсутствовали бы в действиях лица фактически сфальсифицировавшего доказательства, если оно было обмануто следователем, заявившим, что готовит макет уголовного дела в связи с обучением в вузе. В данном случае исполнителем преступления будет следователь, так как он использовал введенное им в заблуждение лицо, фактически выполнившее объективную сторону посягательств при отсутствии вины (ч. 2 ст. 33 УК РФ) .

Отграничение фальсификации доказательств

от служебного подлога

Фальсификацию доказательств (ст. 303 УК РФ) следует отличать от служебного подлога (ст. 292 УК РФ).

В данном случае речь идёт о конкуренции уголовно-правовых норм. При этом специальной следует считать норму о фальсификации доказательств, поскольку она устанавливает уголовную ответственность только за искажение фактических данных, используемых при осуществлении правосудия. Норма же о служебном подлоге является общей, так как охватывает все случаи фальсификации официальных документов . Иными словами, фальсификация доказательств является одной из форм служебного подлога .

Служебный подлог – это преступление против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, фальсификация доказательств же является преступлением против правосудия. Таким образом, объектом служебного подлога выступает нормальная деятельность публичного аппарата власти и управления в сфере обращения с официальными документами; объектом фальсификации доказательств выступают общественные отношения, обеспечивающие реализацию конституционных принципов правосудия, нормальную деятельность конкретных органов по осуществлению правосудия, реализации функции уголовного преследования, а также исполнению судебных актов. В качестве дополнительного объекта обоих преступлений выступают конституционные права и свободы человека и гражданина, охраняемые законом интересы граждан, организаций и государства.

Объективная сторона служебного подлога характеризуется действиями, состоящими: 1) во внесении в официальные документы заведомо ложных сведений; 2) во внесении в официальные документы исправлений, искажающих их действительное содержание. Для наличия состава преступления достаточно совершения хотя бы одного из названных действий . Объективной стороной фальсификации доказательств являются: 1) создание фальсифицированного (подложного) доказательства; 2) внесение любого изменения, искажающего достоверный характер содержавшихся в нём сведений, в уже имеющееся доказательство; 3) уничтожение части документа. Таким образом, сопоставляя объективные стороны данных преступлений, приходим к выводу о том, что действия по внесению в официальный документ/доказательство изменений, искажающих достоверность сведений, являются общей составляющей.

Служебный подлог считается оконченным преступлением с момента внесения в официальный документ ложных сведений либо исправлений, искажающих его действительное содержание, независимо от того, был ли в дальнейшем такой документ использован ; фальсификация доказательств считается оконченным преступлением с момента фальсификации доказательства следователем, прокурором или лицом, производящим дознание . Составы обоих преступлений являются формальными.

Субъективная сторона составов обоих преступлений характеризуется виной в виде прямого умысла. Мотивы и цели на квалификацию преступления, предусмотренного ст. 303 УК РФ, не влияют , поскольку не предусмотрены законом в качестве обязательных признаков состава преступления. В случае же служебного подлога субъективная сторона характеризуется также и специальным мотивом – корыстной или иной личной заинтересованностью . Таким образом, мотив служебного подлога является обязательным признаком преступления, а мотив фальсификации доказательств – факультативным признаком.

Субъект служебного подлога специальный. Им может быть как должностное лицо , так и государственный служащий или служащий органа местного самоуправления, не являющийся должностным лицом. Согласно ч. 1 ст. 303 УК, субъектами фальсификации доказательств по гражданскому делу являются лица, участвующие в деле, и их представители. Субъектами фальсификации доказательств по уголовному делу являются сотрудник органа дознания, производящий неотложные следственные действия или оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ) до возбуждения уголовного дела, начальник подразделения дознания, лицо, производящее дознание, руководитель следственного органа, следователь-криминалист, эксперт, специалист, потерпевший, а также судья, секретарь судебного заседания, помощник судьи. Не несут ответственности по ч. 1 ст. 303 УК РФ должностные лица. Фальсификация доказательств, совершаемая ими, признаётся служебным подлогом и квалифицируется по соответствующей статье УК РФ.

Проведя анализ и сравнение данных деяний, можно сделать следующие выводы:

— основные объекты преступлений отличаются, дополнительные – совпадают;

— одно из действий, составляющих объективную сторону, является общим;

— субъективные стороны совпадают, разную роль играет лишь мотив совершения преступления;

— субъекты полностью различны;

— оба преступления имеют формальный состав.

Заключение

Под фальсификацией понимается искажение фактических данных, являющихся вещественными или письменными доказательствами. Вещественными доказательствами признаются предметы, которые могут служить средством установления обстоятельств, имеющих значение для дела. Письменными доказательствами являются акты, документы, письма, содержащие знаковую информацию об обстоятельствах, имеющих значение для дела. Фальсификация доказательства может проявиться в подчистке документа, уничтожении вещественного доказательства, во внесении в документ заведомо ложных сведений и т.п.

Предметом преступления являются доказательства . Они представляют собой определённый в процессуальном законодательстве источник, получе нный в соответствии с т ребова ниями процессуального законодательства и содержащий сведения (информацию), необходимые для принятия законного и обоснованного решения по гражданскому или уголовному делу.

Родовым объектом преступлений против правосудия являются общественные отношения по осуществлению государственной власти. Видовой объект — совокупность общественных отношений, обеспечивающих специфический вид государственной деятельности суда и органов, содействующих ему, по реализации целей и задач правосудия. Непосредственный объект преступлений против правосудия — общественные отношения, обеспечивающие реализацию конституционных принципов правосудия, нормальную деятельность конкретных органов по осуществлению правосудия, реализации функции уголовного преследования, а также исполнению судебных актов. В качестве дополнительного непосредственного объекта могут выступать конституционные права и свободы личности, здоровье, жизнь, отношения собственности и др.

Объективная сторона преступления состоит в воспрепятствовании и противодействии нормальной деятельности органов, осуществляющих правосудие. Чаще всего это проявляется в форме действия (заведомо незаконный арест), реже акта бездействия (уклонение от дачи свидетелем показаний).

Нередко способом совершения преступлений является физическое или психическое насилие (ст. 296, 302, 309 УК).

Объективная сторона некоторых составов состоит из нескольких альтернативных действий , например, растрата, отчуждение, сокрытие или незаконная передача имущества, подвергнутого описи или аресту.

Типичными способами фальсификации являются: внесение искаженных сведений в подлинный документ; уничтожение или исправление части документа, отдельных слоев или цифр; внесение в документ дополнительных данных; подделка подписи должностного лица; закрепление на документе оттиска поддельной печати и т.п. Фальсификация доказательств включает в себя также подмену, деформирование и иное искажение вещественных доказательств (например, нанесение пятен крови на соответствующий предмет, так называемый материальный подлог ) либо составление ложных по содержанию письменных доказательств или изготовление вещественных псевдодоказательств ( интеллектуальный подлог ).

Существует несколько подходов к решению вопроса о том, с какого момента фальсификация доказательств по уголовному делу является оконченным преступлением. Согласно первому подходу , преступление признаётся оконченным с момента предъявления фальсифицированного доказательства суду, т.е. имеет формальный состав. Для квалификации содеянного не имеет значения, повлияло ли оно на вынесение решения по делу. В соответствии с другим подходом фальсификация доказательств будет окончена только в случае приобщения подложного доказательства к материалам соответствующего дела в порядке, установленном процессуальным законодательством. Согласно третьему подходу , преступление считается оконченным с момента фальсификации доказательства следователем, прокурором или лицом, производящим дознание.

Субъектами фальсификации доказательств по гражданскому делу являются лица, участвующие в деле, и их представители. Уголовный закон не даёт исчерпывающего перечня субъектов фальсификации доказательств по гражданскому делу; лица, участвующие в деле, определены ст. 34 ГПК и ст. 40 АПК. К ним относятся: истец, ответчик, прокурор, заинтересованные в деле граждане, заявители и другие лица. Субъектами фальсификации доказательств по уголовному делу являются сотрудник органа дознания, производящий неотложные следственные действия или оперативно-розыскные мероприятия (ОРМ) до возбуждения уголовного дела, начальник подразделения дознания, лицо, производящее дознание, руководитель следственного органа, следователь-криминалист, эксперт, специалист, потерпевший, а также судья, секретарь судебного заседания, помощник судьи. Не несут ответственности по ч. 1 ст. 303 УК должностные лица.

С субъективной стороны данное деяние характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознаёт, что тем или иным способом искажает доказательства, и желает эти доказательства использовать.

В ч. 3 ст. 303 УК установлена ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу о тяжком или особо тяжком преступлении, а равно за фальсификацию доказательств, повлекшую тяжкие последствия. Законодатель не определяет тот вред, который признаётся тяжким, предоставляя это делать суду с учётом всех обстоятельств.

Список литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://urveda.ru/kursovaya/falsifikatsiya-dokazatelstv/

  1. Белозерских А.Н. Проблемы квалификации фальсификации доказательств по уголовному делу по признакам объективной стороны состава преступления / А.Н. Белозерских // Уголовное право. – 2010. — № 4. — С. 8-11.
  2. Борков В.Н. О превышении должностных полномочий в форме служебного подлога / В.Н. Борков // Уголовное право и современность. – 2012. — №9. – С. 45-51.
  3. Борков В.Н. Сложность квалификации фальсификации доказательств (ст. 303 УК РФ) / В.Н. Борков // Уголовное право. – 2009. — № 2. — С. 16-22.
  4. Бриллиантов А.В. Комментарий к Уголовному Кодексу Российской Федерации (постатейный) / А.В. Бриллиантов, Г.Д. Долженкова, Я.Е Иванова и др. — М.: Проспект, 2010. — 924 с.
  5. Веденеева Т.А. Уголовно-правовая характеристика фальсификации доказательств: автореф. дис. … канд. юрид. наук / Москва, 2011. – 19 с.
  6. Вишняков В.В. Уголовно-правовая оценка фальсификации доказательств: автореф. дис. … канд. юрид. наук / В.В. Вишняков. – Москва, 2007. – 33 с.
  7. Галахова А.В. Преступления против правосудия / А.Н. Александров, Ю.И. Антонов, А.В. Галахова, В.В. Демидов, Л.В. Иногамова-Хегай, А.А. Калашникова, М.А. Кауфман, В.А. Новиков, Б.С. Райкес // М.: Норма, 2010. — 416 с.
  8. Голунский С.А. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры 1917–1954 гг .: Сборник документов / Под ред. С . А . Голунского. — М.: Госюриздат, 1955. — 783 с.
  9. Кибальник А.Г. Фальсификация доказательств: уголовная ответственность / А.Г. Кибальник, В.А. Майборода // Законность. – 2009. — № 1. — С. 14-17.
  10. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. В.М. Лебедева. — М.: Юрайт, 2004. — 917 с.
  11. Кулешов Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы теории, законотворчества и правоприменения: автореф. дис. … канд. юрид. наук / Ю.И. Кулешов. — Владивосток , 2009. – 27 с.
  12. Лобанова Л.В. Преступления против правосудия: теоретические проблемы классификации и законодательной регламентации / Л.В. Лобанова. – Волгоград: Изд-во Волгоградского ун-та, 1999. — 268 с.
  13. Лопатин К.Г. Уголовная ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу: автореф. дис. … канд. юрид. наук / К.Г. Лопатин. — Красноярск, 2006. — 20 с.
  14. Марцев А.И. Общие вопросы учения о преступлении / А.И. Марцев. – Омск: Изд-во Ом. юрид. ин-та МВД России, 2011. — 136 с.
  15. Метельский П.С. Привлечение к ответственности за фальсификацию доказательств по уголовному делу / П.С. Метельский // Уголовный процесс. — 2009. — № 1. — С.12.
  16. Плешаков А.М. Уголовная ответственность за незаконное получение кредита и меры по его предупреждению в банковской практике / А.М. Плешаков // Законодательство и экономика. — 2007. — № 3-4. — С. 22.
  17. Рарог А.И. Настольная книга судьи по уголовным делам / Г.А. Есаков, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – 576 с.
  18. Российское уголовное право. Особенная часть: учебник в 2 т. Т. 2 / Под. ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, В.С. Комиссарова, А.И. Рарога. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2010. – 664 с.
  19. Российское уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов / Под ред. В.С. Комиссарова. — СПб.: Питер, 2008. – 720 с.
  20. Сверчков В.И. Фальсификация доказательств / В.И. Сверчков // Законность. — 2010. — № 1. — С. 11-13.
  21. Сычёв Д.Е. Фальсификация доказательств / Д.Е. Сычёв // Законность. – 2008. — № 9. — С. 46.
  22. Тепляшин П.В. Преступления против правосудия: учеб. пособие / П.В. Тепляшин. — Красноярск: СибЮИ МВД России, 2009. — 122 с.
  23. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: учебник / Под ред. А.И. Рарога. — М.: Юрист, 200 9 . — 671 с.
  24. Чучаев А.И. Фальсификация доказательств / А.И. Чучаев, И.В. Дворянсков // Уголовное право. — 2011. — № 2. — С. 47.

См. : Голунский С.А. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры 1917–1954 гг.: Сборник документов / Под ред. С.А. Голунского. — М.: Госюриздат, 1955. – С. 170.

См.: Лобанова Л.В. Преступления против правосудия: теоретические проблемы классификации и законодательной регламентации / Л.В. Лобанова. – Волгоград: Изд-во Волгоградского ун-та,1999. – С. 139.

Галахова А.В. Преступления против правосудия / А.Н. Александров, Ю.И. Антонов, А.В. Галахова, В.В. Демидов, Л.В. Иногамова-Хегай, А.А. Калашникова, М.А. Кауфман, В.А. Новиков, Б.С. Райкес // М.: Норма, 2005. – С. 128.

См.: Лопатин К.Г. Уголовная ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу: автореф. дис. … канд. юрид. наук / К.Г. Лопатин. — Красноярск, 2006. — С. 78.

См.: Метельский П.С. Привлечение к ответственности за фальсификацию доказательств по уголовному делу / П.С. Метельский // Уголовный процесс. — 2009. — № 1. — С.12.

Белозерских А.Н. Проблемы квалификации фальсификации доказательств по уголовному делу по признакам объективной стороны состава преступления / А.Н. Белозерских // Уголовное право. – 2010. — № 4. — С. 11.

См.: Плешаков А.М. Уголовная ответственность за незаконное получение кредита и меры по его предупреждению в банковской практике / А.М. Плешаков // Законодательство и экономика. — 1997. — № 3-4. — С. 22.

Белозерских А.Н. Проблемы квалификации фальсификации доказательств по уголовному делу по признакам объективной стороны состава преступления / А.Н. Белозерских // Уголовное право. – 2010. — № 4. — С. 8.

См.: Тепляшин П.В. Преступления против правосудия: учеб. пособие / П.В. Тепляшин. — Красноярск: СибЮИ МВД России, 2004. – С. 86.

Кулешов Ю.И. Преступления против правосудия: проблемы теории, законотворчества и правоприменения: автореф. дис. … канд. юрид. наук / Ю.И. Кулешов. — Владивосток, 2007. – С. 15.

Чучаев А.И. Фальсификация доказательств / А.И. Чучаев, И.В. Дворянсков // Уголовное право. — 2001. — № 2. — С. 47.

Кибальник А.Г. Фальсификация доказательств: уголовная ответственность / А.Г. Кибальник, В.А. Майборода // Законность. – 2009. — № 1. — С. 15.

См.: Сверчков В.И. Фальсификация доказательств / В.И. Сверчков // Законность. — 2001. — № 1. — С. 11-13.

Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 янв. 2006 г. № 66-о05-123 «Приговор по делу о фальсификации доказательств при расследовании уголовного дела оставлен без изменения, поскольку виновность осужденной установлена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности осужденной и всех обстоятельств дела» // СПС «КонсультантПлюс».

Белозерских А.Н. Проблемы квалификации фальсификации доказательств по уголовному делу по признакам объективной стороны состава преступления / А.Н. Белозерских // Уголовное право. – 2010. — № 4. — С. 11.

Кибальник А.Г. Фальсификация доказательств: уголовная ответственность / А.Г. Кибальник, В.А. Майборода // Законность. – 2009. — № 1. — С. 15.

Определение Верховного Суда РФ от 31 янв. 2005 № 69-о05-1 // СПС «КонсультантПлюс».

Борков В.Н. Сложность квалификации фальсификации доказательств (ст. 303 УК РФ) / В.Н. Борков // Уголовное право. – 2009. — № 2. — С. 21.

Определение Верховного Суда РФ от 19 июля 2006 г. № 87-о06-18 // СПС «КонсультантПлюс».

Определение Верховного Суда РФ от 19 июля 2006 г. № 87-о06-18 // СПС «КонсультантПлюс».

Кибальник А.Г. Фальсификация доказательств: уголовная ответственность / А.Г. Кибальник, В.А. Майборода // Законность. – 2009. — № 1. — С. 16-17.

Борков В.Н. Сложность квалификации фальсификации доказательств (ст. 303 УК РФ) / В.Н. Борков // Уголовное право. – 2009. — № 2. — С. 22.

Существуют и другие подходы к решению вопроса о том, с какого момента фальсификация доказательств является оконченным преступлением. См., напр.: Рарог А.И. Настольная книга судьи по уголовным делам / Г.А. Есаков, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – С. 364;

  • Галахова А.В. Преступления против правосудия / А.Н. Александров, Ю.И. Антонов, А.В. Галахова, В.В. Демидов, Л.В. Иногамова-Хегай, А.А. Калашникова, М.А. Кауфман, В.А. Новиков, Б.С. Райкес // М.: Норма, 2005. – С. 182.
  • Должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации (Ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13 июня 1996 № 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 1996 г. — № 25. — Ст. 2954).

    PAGE \* MERGEFORMAT 1