Гражданская правоспособность и дееспособность в современном понимании

Курсовая работа

Субъект является важнейшим элементом любого правоотношения. Субъектами правоотношения являются граждане и организации, которые в соответствии с нормами определенной отрасли права являются носителями юридических прав и обязанностей. Субъектами гражданского права являются физические и юридические лица. Правовое положение физических лиц (граждан) в гражданских правоотношениях значительно отличается от положения юридических лиц.

Правовое положение гражданина как участника гражданских отношений (правосубъектность) определяется такими его качествами, как правоспособность и дееспособность.

Правоспособность, как признанная законом возможность иметь права и нести обязанности, является врожденным качеством гражданина. Она возникает с момента рождения и прекращается моментом смерти гражданина. Возраст, психическое и физическое состояние гражданина не влияют на его правоспособность, она признается равной за всеми гражданами, независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений и других обстоятельств (ст. 19 Конституции РФ) [1].

В отличие от правоспособности, которая фактически является лишь предпосылкой приобретения субъективных прав и основой обладания правами, дееспособность зависит от целого ряда социальных факторов и является основой реального превращения гражданина в участника гражданского правоотношения. Обладать дееспособностью — значит иметь способность лично (или через своего законного представителя) совершать различные юридические действия: распоряжаться имуществом, затюкать договоры, выдавать доверенности и т. п., а также отвечать за причиненный имущественный вред (повреждение или уничтожение чужого имущества, повреждение здоровья), за неисполнение договорах и иных обязательств. Поэтому проблема изучения дееспособности физических лиц представляется чрезвычайно важной для гражданского права.

Целью курсовой работы является рассмотрение новое понимание правоспособности и дееспособности граждан на современном этапе.

Цель определила решение следующих задач:

  • Дать понятие и раскрыть содержание гражданской правоспособности;

.Охарактеризовать гражданскую дееспособность;

.Рассмотреть ограничение дееспособности и признание лица недееспособным;

3 стр., 1145 слов

Гражданская процессуальная право- и дееспособность

... первостепенного значения прав и свобод гражданина, человека. Целью данной работы является комплексная характеристика гражданской правоспособности и дееспособности по ГПК РФ. Частными вопросами, подлежащими рассмотрению, являются: определение понятия гражданской процессуальной правоспособности и дееспособности граждан и ...

.Провести анализ нового понимания о гражданской правоспособности и дееспособности на современном этапе.

Объект исследования — правоспособность и дееспособность граждан.

Предмет исследования — нормы гражданского права, регулирующие правоспособность и дееспособность граждан на современном этапе.

В процессе исследования применялись элементы такого общефилософского метода познания, как диалектика, а также конкретно-научные методы: исторический, сравнительно-правовой, системного и статистического анализа, формально-юридический, логический, историко-правовой, метод синтеза и анализа.

Теоретическую основу исследования составили труды ведущих советских и российских ученых-цивилистов (С.Н.Братусь, Е.А Суханова, Я.Р.Веберс и др.)

Курсовая работа состоит из введения, основной части, заключения и списка использованной литературы.

Глава 1. Содержание правоспособности и дееспособности

.1 Понятие и сущность гражданской правоспособности

В гражданско-правовой доктрине нет единства мнений по вопросу содержания понятия правоспособности и ее места в механизме правового регулирования. Основные правовые позиции были высказаны еще в дореволюционное и в советское время. Современным российским ученым пока не удалось предложить нового учения о правоспособности. В основном все современные работы сводятся к анализу правовых подходов, высказанных ранее. Представляется целесообразным переосмысление известных точек зрения на понятие гражданской правоспособности сквозь призму теоретического и практического значения данного понятия.

Одна группа ученых включает понятие правоспособности, наряду с дееспособностью, в состав правосубъектности. [6,379] Другие ученые считают, что понятие «правосубъектность» совпадает по содержанию с понятием «правоспособность». [25,5] Третья точка зрения основана на включении в понятие правосубъектности не только правоспособности и дееспособности, но также и деликтоспособности. [16,201]

По нашему мнению, понятие правоспособности не тождественно ни понятию правосубъектности, ни понятию дееспособности. С теоретической и практической точки зрения понятия правоспособности и дееспособности удобнее рассматривать в отдельности, так как каждое из них наделено собственным смыслом и содержанием. Совокупность понятий правоспособности и дееспособности образует понятие правосубъектности.

Понятия деликтоспособности и сделкоспособности входят в состав понятия дееспособности. Как верно указывает Е.Г. Белькова, все попытки назвать другие элементы в структуре правосубъектности приводят к дроблению на составляющие такого элемента, как дееспособность. [8,56]

По вопросу содержания правоспособности в науке были предложены две основные теории: теория динамической правоспособности и теория статической правоспособности. Так, М.М. Агарков предложил рассматривать правоспособность в движении, как конкретную возможность стать носителем определенного субъективного права. По его мнению, гражданская правоспособность для каждого данного лица в каждый данный определенный момент означает возможность иметь определенные конкретные права и обязанности в зависимости от его взаимоотношений с другими лицами. [7,70]

12 стр., 5803 слов

Правоспособность и дееспособность граждан

... С. Н. Субъекты Итак, цель курсовой работы, проанализировать современное российское законодательство, посвящённое гражданам (физическим лицам) и сравнить его с прошлым законодательством. Глава 1. Понятие правоспособности граждан (физических лиц) Ранее ГК ...

Ю.К. Толстой, критикуя данную точку зрения, отмечал, что она приводит к явно неприемлемому выводу, будто граждане не обладают равной правоспособностью. [33,12]

С.Н. Братусь, не соглашаясь с теорией динамической правоспособности, предложил теорию статической правоспособности. Ученый понимает правоспособность как определенное состояние прав и обязанностей, как необходимое условие для правообладания. По его мнению, правоспособность — это только возможность быть субъектом всех тех прав и обязанностей, которые признаны и допущены объективным правом. [9,5]

Теория статической правоспособности получила свое развитие в работах других ученых. Так, Н.И. Матузов отметил, что правоспособность можно рассматривать как меру возможного поведения лишь в одном, строго определенном смысле, а именно как возможность лица выступать в качестве субъекта права. По его мнению, нельзя обладать теми или иными правами или обязанностями, не будучи правоспособным в этом отношении. [24,82]

В дореволюционной и в советской литературе также высказана точка зрения, в соответствии с которой правоспособность понимается в качестве специфического субъективного права. Эту точку зрения отстаивали Г.Ф. Шершеневич, Я.Р. Веберс, С.С. Алексеев, С.Н. Братусь и др.

Понимание правоспособности как определенного субъективного права также получило обоснование в работах некоторых российских авторов. Так, например, С.А. Сулейманова, исходя из того, что правоспособность — это определенное субъективное право, а субъективное право всегда и неизбежно находится в рамках правоотношения, утверждает, что правоспособность наряду с вещными и исключительными правоотношениями относится к абсолютным правоотношениям. [32,65-66] По ее мнению, так же как и другие субъективные права, правоспособность может быть нарушена. Защита нарушенной возможности правообладания выступает элементом правоспособности как субъективного права.

Таким образом, данный автор рассматривает правоспособность уже не только в качестве субъективного права, которое может быть нарушено и быть предметом защиты, но и в качестве абсолютного правоотношения. Впрочем, автор не поясняет, каким образом может быть нарушена правоспособность и каким способом ее можно защитить, а также не показывает отличие правоспособности как субъективного права от правоспособности как абсолютного правоотношения.

По нашему мнению, попытка ответить на эти вопросы привела бы к абсурдным с точки зрения права выводам. Во-первых, правоотношение предполагает взаимодействие как минимум двух субъектов. Сама по себе правоспособность субъекта не свидетельствует о его взаимодействии с другими лицами. Уже только по этой причине правоспособность не может быть правоотношением.

Смешивать понятия «правоспособности» и «правоотношения» — значит признать их хотя бы частичное тождество. Однако эти понятия имеют совершенное различное значение и смысл и каждое из них наделено собственным содержанием. Правоспособность является предпосылкой для возникновения, изменения и прекращения правоотношения. Предпосылка явления не может составлять его содержание в какой-либо части.

5 стр., 2406 слов

Правоспособность и дееспособность физических лиц (2)

... и другие) . Например, возникновение и прекращение правоспособности субъекта связывается с моментом рождения и моментом смерти гражданина, вступление в брак влечет возникновение права общей совместной собственности ... субъектах. Такими признаками для граждан являются имя, место жительства и акты гражданского состояния. Невозможно представить нормальное осуществление гражданских прав и обязанностей ...

Во-вторых, понятия «нарушение правоспособности» и «защита правоспособности» лишены какого-либо смысла. Нарушать и защищать можно только конкретное субъективное право или законный интерес. Ни теория, ни практика не знает случаев нарушения правоспособности как таковой, а также способов ее защиты.

Понимание правоспособности в качестве особого субъективного права, на котором основываются все другие права, не позволяет увидеть собственный смысл понятия правоспособности и вносит путаницу в известные правовые категории. Таким образом, понимание гражданской правоспособности в качестве субъективного права, а тем более в качестве абсолютного правоотношения, представляется нам ошибочным.

По нашему мнению, гражданская правоспособность не является ни субъективным правом, ни нормой права, ни правовым поведением. Содержание правоспособности состоит в способности субъекта к обладанию правами и обязанностями. Следовательно, она является правовой характеристикой субъекта.

С.Н. Братусь указал, что правоспособность — это определенное общественное свойство, вытекающее из необходимости обеспечить как преемственность гражданских прав и обязанностей, так и возможность возникновения новых прав и обязанностей, независимо от возраста и психологического состояния, за всеми и у всех членов данного общества.[10,18]

М.Ф. Орзих [26,68] вслед за О.А. Красавчиковым [22,10] отмечает, что в правоспособности «существо заключается не в «праве», а в «способности». Это общественно-правовое свойство субъекта права, качества личности, позволяющее быть участником правоотношения.

Ранее этот правовой подход был предложен Л. Эннекцерусом, который подчеркивал, что правосубъектность, признание в качестве лица не является правом (субъективным), а представляет собой правовое свойство, правовую предпосылку всех прав и обязанностей; свойство личности, равнозначно правоспособности. [37,283]

Думается, гражданская правоспособность — это не общественное свойство субъекта, а его правовое качество, позволяющее обладать субъективными правами и обязанностями. Понять теоретическое и практическое значение понятия гражданской правоспособности можно, определив ее место среди гражданско-правовых норм, субъективных гражданских прав и обязанностей и правового поведения субъекта.

По мнению Е.А. Флейшиц, значение правоспособности состоит в том, что она служит юридической мерой способности участия лиц в гражданских правоотношениях, юридически определяет границы правомерного поведения. Являясь предпосылкой конкретных взаимоотношений граждан и юридических лиц, она предопределяет поведение лица или организации в различных жизненных ситуациях.[34,263]

По нашему мнению, этот подход фактически смешивает правоспособность с правовыми нормами, так как поведение субъектов права определяется именно правовыми нормами, но не правоспособностью. Также неверно рассматривать правосубъектность (право — и дееспособность) как элемент правового статуса, так как правосубъектность и правовой статус, наряду с гражданско-правовыми нормами, являются самостоятельными понятиями. [35,122]

5 стр., 2479 слов

Защита прав субъектов финансовых правоотношений

... индивидуальных и индивидуальных субъектов финансовых правоотношений. Не индивидуальные субъекты финансового права – это организации. Они являются субъектами финансового права в области государственного и банковского кредита, налогообложения, и т.д. Индивидуальные субъекты финансового права – это граждане. Их права и обязанности ...

Гражданско-правовые нормы существуют не ради самих себя, а призваны фокусировать свое воздействие на поведении субъектов, чтобы внести определенный правовой порядок и правовую определенность в их фактическое взаимодействие. Предусмотренные нормами права абстрактные (общие) модели возможного или должного поведения способны превращаться в конкретные (индивидуальные) модели поведения субъекта, определяемые границами его правового статуса. Правовой статус субъекта — это совокупность его субъективных прав, обязанностей и интересов.

Гражданская правоспособность — это «фильтр», через который гражданско-правовые нормы проникают в правовой статус субъекта, где превращаются в конкретные субъективные гражданские права, обязанности и интересы. Когда субъект совершает поведение, имеющее гражданско-правовое значение, общеобязательные правила поведения (гражданско-правовые нормы) проходят этот «фильтр» и отображаются в правовом статусе субъекта.

Таким образом, гражданская правоспособность опосредует процессы возникновения у субъектов субъективных гражданских прав и обязанностей. У субъекта не может быть субъективных гражданских прав и обязанностей больше, чем он способен иметь в силу своей правоспособности.

Гражданская правоспособность, разделяя сферы возможного (нормы права) и действительного (субъективные гражданские права и обязанности и правовое поведение), сама по себе относится к сфере действительного, так как является правовым качеством субъекта, а любое качество может быть только действительным, а не возможным.

В отличие от субъективных гражданских прав и обязанностей, правоспособность носит не конкретный, а абстрактный характер. В силу гражданской правоспособности все субъекты равны между собой. Равна их абстрактная способность обладать субъективными гражданскими правами и обязанностями. Неравенство субъектов можно обнаружить, сравнив их конкретные субъективные гражданские права и обязанности.

В соответствии со ст. 19 (ч. ч. 1 и 2) Конституции Российской Федерации все равны перед законом и судом. Это означает, что равны именно субъекты, а не их субъективные права и обязанности. Равенство прав и обязанностей возможно только в период их закрепления в правовых нормах. Когда речь идет о субъективных правах и обязанностях, то есть, правах и обязанностях, принадлежащих конкретным субъектам, признак равенства исчезает. Например, закрепленное в гражданско-правовых нормах право продавца требовать оплаты за проданный товар, является одинаковым для всех продавцов. Однако если речь идет о конкретных продавцах и конкретных отношениях купли-продажи, субъективные права продавцов на оплату будут различаться по размеру, срокам оплаты и прочим условиям.

Таким образом, в основе гражданско-правового равенства лежат нормы гражданского права и гражданская правоспособность. Гражданско-правовое неравенство обусловлено различием принадлежащих субъектам субъективных гражданских прав и обязанностей. Наиболее ярко правовое неравенство обнаруживается в гражданских правоотношениях после того, как субъекты начнут взаимодействовать друг с другом и реализовывать свои субъективные гражданские права, интересы и обязанности.

3 стр., 1422 слов

Субъективные права и юридические обязанности

... субъекты (юридические лица) Однако, для того, чтобы вступать в правовые отношения субъекты должны обладать правоспособностью и дееспособностью. Правоспособность и дееспособность субъектов права. Под правоспособностью понимается признаваемая государством общая (абстрактная) возможность иметь предусмотренные законом права и обязанности, ... Отличие правоспособности от субъективного права состоит в том, ...

К.И. Рябов верно отметил, что равенство правоспособности есть формальное равенство. Правоспособный субъект противостоит системе правовых норм. Чтобы у этого субъекта возникли предусмотренные нормами субъективные права, необходимо наличие указанных в этих нормах юридических фактов.[29,132] По его мнению, равенство состоит в том, что при одинаковых юридических фактах и только при одинаковых (либо альтернативных) можно стать обладателем одинакового субъективного права.

В правовой действительности гражданская правоспособность, наряду с гражданско-правовыми нормами, уравнивает субъектов между собой, тогда как субъективные гражданские права и обязанности одного субъекта всегда будут отличаться от субъективных гражданских прав и обязанностей другого субъекта.

1.2 Понятие и сущность гражданской дееспособности

Дееспособность представляет собой юридическое состояние гражданина как субъекта права и определяет его правовые способности — самостоятельно приобретать права, распоряжаться ими, создавать для себя гражданские обязанности, исполнять их, быть субъектом ответственности — и, так же как и правоспособность, является не чем иным, как определенным правом гражданина.

В ст.21 ГК РФ [2] законодатель определяет понятие «гражданской дееспособности». Это способность гражданина:

своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права;

создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их.

Гражданская дееспособность в полном объеме возникает у гражданина лишь с восемнадцати лет. То есть только с этого возраста гражданин приобретает все права и самостоятельно несет все обязанности, предусмотренные законодательством РФ для граждан РФ. Таким образом, по достижении совершеннолетия гражданин приобретает полную гражданскую дееспособность.

Законом отдельно выделяются:

дееспособность несовершеннолетних от четырнадцати до восемнадцати лет (см. ст. 26 ГК РФ);

дееспособность малолетних: детей, не достигших четырнадцати лет (см. ст. 28 ГК РФ);

эмансипация: дееспособность несовершеннолетних, достигших шестнадцати лет и объявленных полностью дееспособными (см. ст. 27 ГК РФ).

Кроме того, гражданин может быть:

лишен дееспособности, то есть, признан недееспособным (см. ст. 29 ГК РФ);

ограничен в дееспособности (см. ст. 30 ГК РФ).

5 стр., 2322 слов

Права и обязанности физических и юридических лиц

... дееспособностью (право гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права и обязанности, которое возникает в полной мере лишь с момента достижения совершеннолетия). физический гражданство юридический коммерческий 2. ЮРИДИЧЕСКИЕ ЛИЦА Понятие юридического ...

Также в п. 2 ст.21 ГК РФ содержится исключение из правила, предусмотренного в п. 1. Так, полную дееспособность приобретает также гражданин, не достигший совершеннолетия, но вступивший в законный брак в силу ст. 13 СК РФ. [3] Указанная норма позволяет гражданам, достигшим возрасти шестнадцати лет, вступать в брак при наличии уважительных причин с разрешения органов местного самоуправления. Такими уважительными причинами могу быть, например, беременность будущей супруги или наличие у граждан общего ребенка.

Законами субъектов РФ может быть предоставлено право вступления в брак по уважительным причинам лицам, не достигшим шестнадцати лет.

Например, Законом Московской области от 30.04.2008 N 61/2008-ОЗ «О порядке и условиях вступления в брак на территории Московской области лиц, не достигших возраста шестнадцати лет» предусмотрено, что особыми обстоятельствами, дающими право на получение разрешения на вступление в брак лицу (лицам), не достигшему возраста шестнадцати лет, являются:

беременность;

рождение общего ребенка (детей) у граждан, желающих вступить в брак;

непосредственная угроза жизни одной из сторон. [4]

При этом полная дееспособность, которую приобретают граждане до своего совершеннолетия, вступив в брак, сохраняется и при расторжении брака. Однако если брак будет признан судом недействительным, то в этом случае суд будет решать — оставлять полную дееспособность несовершеннолетнему гражданину или нет.

Суд может признать брак недействительным в следующих случаях:

если на брак не было получено добровольного согласия обеих сторон или одной из сторон;

при недостижении обоими супругами или одним из супругов возраста восемнадцати лет, если нет уважительных причин, позволяющих им вступить в брак;

если брак был заключен между лицами, из которых хотя бы одно лицо уже состоит в другом зарегистрированном браке;

если брак был заключен между близкими родственниками (родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии (родителями и детьми, дедушкой, бабушкой и внуками), полнородными и неполнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами);

если брак был заключен между усыновителями и усыновленными;

если брак был заключен между лицами, из которых хотя бы одно лицо признано судом недееспособным вследствие психического расстройства.

Дееспособность, как и правоспособность, является правом, которым гражданин, начиная с установленного в законе возраста, обладает постоянно, если не возникают основания для его утраты. В связи с этим Ю.С. Гамбаров писал, что отношение между право- и дееспособностью то же, что и отношение между правом и его отправлением, так как первая выражает пассивное, а вторая — активное состояние субъекта права: там надо быть только лицом, здесь — обладать сознательной и самостоятельной волей. [18,457] Поэтому отличие заключается в том, что дееспособностью могут обладать не все граждане и не в одинаковом объеме. Дееспособности как праву соответствует обязанность всех граждан воздерживаться от его нарушений.

17 стр., 8094 слов

Дееспособность граждан Российской Федерации

... должны обладать определенными качествами (правоспособностью и дееспособностью), получившими в праве обобщающее понятие «правосубъектность». Правоспособность гражданина - это способность иметь гражданские права и брать на себя ответственность. Правоспособностью обладают все граждане независимо ...

Если правоспособность в принципе равна для всех граждан, то дееспособность по самой своей природе не может быть таковой, поскольку при установлении объема дееспособности законодательство учитывает интеллектуальные и психические способности человека. «В определенных случаях дееспособность выступает как условие осуществления отдельных элементов правоспособности. Как бы тесно в отдельных случаях ни были связаны право- и дееспособность, мысленное их разъединение возможно всегда, поскольку каждая из них имеет свое социальное назначение, содержание, структуру. Каждая из этих способностей играет свою роль в механизме правового регулирования». [11,117]

Анализируя понятие дееспособности, Я.Р. Веберс пришел к выводу, что дееспособность, по смыслу законодателя, имея значение для всего гражданского права, на самом деле охватывает лишь способность к совершению правомерных действий — сделок. По мнению Л.Г. Кузнецовой, содержание дееспособности заключает в себе:

способность приобретать права и создавать для себя обязанности;

способность осуществлять своими действиями принадлежащие другому лицу права и исполнять лежащие на нем обязанности;

способность своими действиями прекращать имеющиеся у данного лица права и обязанности. [23,80]

Исходя из изложенного дееспособность — это способность лица своими действиями на основе закона создавать, осуществлять и прекращать для себя гражданские права и обязанности, т.е. сделкоспособность. Такой взгляд на содержание дееспособности не является новым. Русское гражданское право определяло дееспособность как способность самостоятельно устанавливать отношения посредством юридических сделок. [36,79]

Такая трактовка содержания дееспособности представляется необоснованно суженной. Следует согласиться с замечаниями Л.Д. Воеводина, что если юридические права характеризуются содержащейся в них свободой, выражающейся в возможности самостоятельно избирать в пределах закона вид и меру поведения, то наиболее существенное в обязанностях заключается в ответственности за исполнение предписаний закона. [15,34]

Содержанием дееспособности охватывается способность своими действиями исполнять обязательства. Вместе с тем обязательства могут возникать не только из сделок, но и из правонарушений, т.е. обязанность может быть в виде деликтной ответственности.

Самостоятельная деликтная ответственность исключает возможность ее отнесения на других лиц, и она, несомненно, связана с достижением лицом полной дееспособности. Нормы права предусматривают не восполнение дееспособности причинителей вреда дееспособностью третьих лиц, не их опору на дееспособность иных лиц, а именно их способность выступать самостоятельными субъектами ответственности.

Таким образом, дееспособность включает в свое содержание как сделкоспособ-ность, так и деликтоспособность. Формальным подтверждением этого вывода является включение норм о дееспособности гражданина в Общую часть Гражданского кодекса, нормы которой распространяют свое действие на все разделы Особенной части.

4 стр., 1573 слов

Права собственности на землю: понятие, формы, субъекты, объекты, содержание

... возможности иметь в собственности участок должны обладать гражданской: правоспособностью; дееспособностью. Что касается лиц без гражданства и представителей иностранных государств, то они также могут являться субъектами права на землю, однако с определенными ...

правоспособность законодательство дееспособность лицо

1.3 Ограничение дееспособности и признание лица недееспособным

Заметим, что исторически введение категории «дееспособность» было вызвано необходимостью обеспечения устойчивости гражданского оборота и общими целями обеспечения правопорядка. Дееспособность ограничивалась лишь возрастом лица, с тем чтобы отличить лицо сделкоспособное от несделкоспособного.

С развитием общества в праве появлялись дополнительные гарантии прав личности, в обязанности членов семьи стала постепенно входить необходимость содержать друг друга. Соответственно, в случаях, когда по вине одного из своих членов семья теряла средства к существованию либо в значительной степени лишалась того, на что была вправе рассчитывать, появляется необходимость вмешаться и ограничить юрисдикционным способом такого субъекта в праве на распоряжение имуществом.

История российского и зарубежного законодательства свидетельствует об использовании самых различных критериев ограничения дееспособности граждан.

В российском гражданском законодательстве начала XX в. в качестве основания ограничения дееспособности называлось и расточительство. Такое ограничение дееспособности устанавливалось в интересах кредиторов и близких расточителя. Различие в мотивах законодателя при закреплении указанного основания и ограничений по причине душевной болезни, возраста либо в силу физических недостатков существенно для установления объема ограничения дееспособности расточителей и несостоятельных. Как отмечал В.И. Синайский, последние ограничиваются только в имущественной дееспособности и лишь постольку, поскольку это необходимо в интересах других лиц и общественного порядка вообще. [31,111]

Причиной расточительства как основания для ограничения дееспособности могло служить мотовство. Под мотовством понималась обыкновенная бесцельная и бесполезная трата имущества, грозящая нищетой расточителю и его семье. Оценивая содержание данного положения, В.И. Синайский писал: «В основу понятия о мотовстве кладется узкий семейный принцип, а не принцип общественной пользы, как следовало бы». Далее автор отмечает, что идея общей пользы не была чужда российскому законодательству — ст. 150 Уст. о пред. и прест. т. XIV закрепляла возможность по инициативе начальника губернии или губернатора «предупреждать и пресекать роскошь безмерную и разорительную»; закон об учреждении опеки по расточительности над сельскими обывателями основан на принципе общественной пользы. Таким образом, именно принцип общественной пользы при определении расточительства В.И. Синайский определял как наиболее верный.

Однако это мнение было не единственным. Учитывая тот факт, что ограничение гражданской дееспособности является по своей природе санкцией, правовые последствия ограничения всегда связываются с определенным поражением в правах, причем не только гражданских. Соотношение интересов личности и третьих лиц (и общества) в данном вопросе является ключевым. [38,12]

Подготовленный лучшими отечественными цивилистами проект Гражданского уложения предусматривал четыре основания объявления гражданина недееспособным: душевная болезнь, глухонемота и немота, расточительность и привычное пьянство. Следует заметить, что в проекте редакции 1904 г. не было сделано различий между лишением дееспособности и ограничением дееспособности, однако в комментариях к проекту такое различие можно увидеть.

Статья 7 проекта Гражданского уложения содержала следующее положение: «Лица совершеннолетние могут быть объявлены судом недееспособными с учреждением над ними опеки: 1) когда они вследствие душевной болезни, от какой бы причины она ни исходила, не способны действовать рассудительно в отношении совершения сделок и управлять своим имуществом; 2) когда они вследствие глухонемоты и немоты не в состоянии выражать свою волю и управлять своим имуществом; 3) когда их расточительность угрожает повергнуть их самих или их семейства в бедственное положение; 4) когда они подвержены привычному пьянству, которое лишает их способности действовать рассудительно в отношении совершения сделок и управления своим имуществом либо грозит повергнуть их самих или их семейства в бедственное положение». [27,30]

Комментируя положение ст. 7 проекта Гражданского уложения, его авторы считали необходимым признание расточителя не ограниченно дееспособным с установлением над ним попечительства и закреплением такой функции попечителя, как дача согласия (разрешения) на совершение сделок (это было предусмотрено законодательствами Франции, Италии и Польши), а признание расточителя именно недееспособным с установлением над ним опеки (по примеру германского, прусского, австрийского и др. законодательств).

Высочайше утвержденная Редакционная комиссия пришла к выводу, что установление попечительства над расточителем недостаточно ограждает те имущественные интересы, ради которых принимаются меры при обнаружении расточительности. Имущественное положение расточителя обычно находится в таком состоянии, что необходимо не просто предупредить дальнейшую растрату, но и привести в порядок дела такого гражданина. Реализация этой задачи, по мнению авторов проекта, была возможна лишь при устранении самого расточителя от совершения сделок и передачи этого права другому лицу, действующему самостоятельно и независимо от расточителя. Возможность совершения расточителем сделок с условием необходимого согласования их с советником (попечителем) только вредила бы делу, так как советник был бы поставлен в подчиненное расточителю положение — без воли и участия последнего никакая сделка не могла бы быть совершена. Поэтому в проекте Гражданского уложения было предусмотрено установление опеки над расточителями.

Что касается такого основания объявления гражданина, как привычное пьянство, то авторы проекта отмечали сходство хронического алкоголизма с душевной болезнью, а по последствиям также и с расточительством. Однако, по мнению разработчиков, привычное пьянство следует признать самостоятельным основанием лишения дееспособности, «ибо в этом состоянии алкоголик, не будучи расточителем в точном смысле этого слова, не может, однако, быть рачительным хозяином, а потому и имущество его подвергается опасности прийти в полный упадок как от отсутствия надлежащего заведования, так и от расхищения разными лицами, пользующимися слабостью хозяйского надзора»

В законодательстве иностранных государств присутствуют (и ранее существовали) сходные с предложенными в проекте положениями нормы об ограничении гражданской дееспособности.

Так, в ст. 488 Гражданского кодекса Франции 1804 г. предусматривается: «…совершеннолетний, который в силу расстройства психического состояния не в состоянии самостоятельно заботиться о своих собственных интересах, защищается законом либо в отношении конкретного действия, либо постоянным образом. Точно так же может защищаться совершеннолетний, который в результате своего расточительства, неумеренности или праздности рискует впасть в нищету или ставит под угрозу исполнение своих семейных обязанностей». [17,28]

Германское гражданское уложение (ГГУ) 1896 г. также закрепляет основания для ограничения дееспособности. Параграф 6 ГГУ («Лишение дееспособности») устанавливает: «Может быть лишен дееспособности: 1. Тот, кто вследствие душевной болезни или слабоумия не может заботиться о своих делах. 2. Тот, кто своей расточительностью ставит себя или свою семью в тяжелое материальное положение. 3. Тот, кто вследствие алкоголизма или наркомании не может сам заботиться о своих делах, или ставит себя или свою семью в тяжелое материальное положение, или угрожает безопасности других».

Рассматривая природу игромании (лудомании), необходимо обратиться к источникам, раскрывающим ее сущность как заболевания. В системе кодирования болезней МКБ-10 это заболевание имеет код F63.0.

Лудомания (игровая зависимость, игромания, гэмблинг-зависимость) определяется как патологическая склонность к азартным играм, заключающаяся в частых повторных эпизодах участия в азартных играх, которые доминируют в жизни человека и ведут к снижению социальных, профессиональных, материальных и семейных ценностей, такой человек не уделяет должного внимания своим обязанностям в этих сферах. Как отмечается в пояснительной записке к проекту изменений, патологическую зависимость от азартных игр следует отличать от склонности к азартным играм и заключению пари, это пристрастие стоит отдельной строкой в МКБ-10 — код Z72.6.

Также отмечается, что необходимо отличать игроманию как патологическое влечение к азартным играм от нормального хобби — азартных игр ради удовольствия или от профессий (часто незаконных), связанных с получением денег при помощи пари или азартных игр. В этих случаях люди прерывают игру, когда сталкиваются с большими потерями или другими негативными последствиями своего увлечения.

Наличие оснований для ограничения дееспособности устанавливается в суде по правилам гражданского судопроизводства, что должно гарантировать, с одной стороны, защиту права человека на досуг и, с другой стороны, защиту интересов членов семьи гражданина, финансово зависимых от него в силу возраста или состояния здоровья.

Отметим тот факт, что со 2 марта 2015 г. можно признавать ограниченно дееспособными лиц, которые вследствие психического расстройства могут понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц. Над такими лицами устанавливается попечительство.

Кроме того, с указанной даты можно признавать недействительной сделку, совершенную гражданином, который позднее был ограничен в дееспособности вследствие психического расстройства. Для этого необходимо доказать, что в момент совершения сделки он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать (абз. 2 п. 2 ст. 177 ГК РФ).

Со 2 марта 2015 г. появилась также возможность признания ограниченно дееспособными лиц с психическим расстройством, признанных недееспособными, при развитии у них способности понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц. [28] Это позволит им участвовать в ограниченном объеме в гражданском обороте (в том числе совершать отдельные сделки самостоятельно с согласия попечителя).

Глава 2. Гражданская правоспособность и дееспособность в современном понимании

.1 Современный взгляд на гражданскую правоспособность

Легальная дефиниция правоспособности содержится в ст. 17 ГК РФ. Под ней понимается способность иметь гражданские права и нести обязанности, признаваемая в равной мере за всеми. Для науки гражданского права обычна ситуация, когда содержащееся в законе определение не является определением в точном смысле этого слова и вводимое им понятие нуждается в доктринальном «доопределении». Видимо, по инерции так же поступают и в случае с правоспособностью.

Критикуя легальную дефиницию, советские ученые указывали на ее абстрактность (Я.Р. Веберс) [13,42], на пригодность лишь для рассуждений, не выходящих за рамки формальной логики (П.П. Виткявичюс [14,9]), и т.п. Не нам судить, почему такие аргументы принимались в расчет раньше, важно то, что теперь они приняты быть не могут. Представляется, что ст. 17 ГК РФ является счастливым исключением — к ней не нужно ничего добавлять, а нужно правильно понять. Попробуем это сделать.

Традиционный спор об удачности термина «способность» весьма далек от сути дела и может быть проигнорирован. Главными здесь являются глагол «иметь» и залог, в котором он употреблен: действительный залог указывает на активное, а не пассивное начало, на субъекта, а не на объект. Далее следуют два сущностных признака права как явления: (1) выраженность в терминах прав и обязанностей и (2) формальное равенство.

Другими словами, ст. 17 ГК РФ дает общее, если угодно абстрактное, действительно формальное понятие о субъекте права. И этого здесь достаточно. Иметь четкое, не смешиваемое с другими понятие субъекта весьма важно для стройности дальнейших рассуждений вообще, а материалистическому мировоззрению, как известно, оно дорого особенно.

С другой стороны, часто встречающаяся в литературе трактовка правоспособности как субъективного права есть попытка объяснения понятия субъекта через его права, что, если задуматься, должно быть ближе идеализму.

В качестве аргумента в пользу усовершенствования понятия правоспособности путем провозглашения его субъективным суперправом обычно приводят п. 3 ст. 22 ГК РФ, объявляющий ничтожными сделки, направленные на ограничение правоспособности. Дескать, раз законодатель специально запрещает распоряжение правоспособностью, значит, в принципе это возможно, как возможно распоряжаться другими субъективными правами. В действительности назначение этого пункта состоит в устранении всяких сомнений относительного того, что ст. 17 ГК РФ содержит императивную норму. А таких сомнений и не должно быть. Изменить свое сущностное качество — значит перестать быть самим собой, ибо оно, как известно, тождественная бытию определенность. Например, человек не может ограничить свою «человекоспособность», т.е. способность иметь плоть и дух.

Человек всегда останется человеком, что бы он ни делал. Так же и субъект права не может ограничить свою правоспособность, поскольку в ней заключена его сущность.

Из изложенного ясно, что мы не можем согласиться с традиционным толкованием п. 4 ст. 1233 ГК РФ (данная норма объявляет ничтожными условия договора, ограничивающие право гражданина создавать результаты интеллектуальной деятельности определенного рода или в определенной области интеллектуальной деятельности) как конкретизирующего п. 3 ст. 22 ГК РФ. Известно, что в нормах права заключена воля государства (бога, природы, общества — как вам больше нравится, сути дела это не меняет).

Очевидно, что самоубийство вообще и творческое в частности не соответствуют этой воле. Поэтому согласно нормам права факт «покушения на творческое самоубийство» не может вести к возникновению правоотношения, в рамках которого существовала бы юридическая обязанность воздерживаться от создания результатов интеллектуальной деятельности. Приведенные рассуждения, конечно, основаны на формальной логике, но разве это недостаток? Забегая вперед, заметим, что, вопреки мнению Е.А. Суханова, к дееспособности п. 4 ст. 1233 ГК РФ также никакого отношения не имеет. [21,331]

Другим традиционным дополнением к легальному определению правоспособности является введение объема правоспособности, направленного на внутреннюю дифференциацию обсуждаемого понятия путем косвенного указания на субъективные права, которые гипотетически могут возникнуть у субъекта. На наш взгляд, этот подход не является чем-то глубоко ошибочным. Внутренней дифференциации подвергают многие понятия: животные, например, делятся на рыб, птиц и т.д. Другое дело, что, как показано в этой статье, то, для чего обычно используется объем правоспособности, может быть доступно и непротиворечиво объяснено и без него; в то же время введение нового понятия создает ряд проблем, которые нельзя не замечать.

Прежде всего, следуя примеру наших предшественников, склонных пофилософствовать, можно отметить, что вещам этого мира свойствен минимализм, поэтому введение любого нового понятия нуждается в подробной аргументации. Однако объем правоспособности обычно преподносится как что-то само собой разумеющееся. В результате нерешенными остаются по крайней мере три проблемы: 1) как определить, какие обстоятельства влияют на объем правоспособности, а какие этой чести не удостаиваются; 2) как объяснить требуемое законом равенство различных (объемов) правоспособностей; 3) введение «объема правоспособности» влечет смешение нескольких понятий. Рассмотрим это подробнее.

Предложенная М.М. Агарковым концепция динамической правоспособности была подвергнута резкой критике и признана глубоко ошибочной. [5,72] Возникает вопрос: почему не просто ошибочной, а глубоко ошибочной. Эмоциональность критики — верное свидетельство ее слабости.

Суть ошибки состоит в допущении объема правоспособности, а способ его изменения — это уже детали. Кроме того, необходимо отметить, что единства мнений относительно определения объема правоспособности нет до сих пор, думается, его и не будет. Я.Р. Веберс полагает, что ребенок не может вступать в брак, поскольку не имеет достаточного объема правоспособности, а женатый человек, имея необходимый объем правоспособности, тоже не может жениться, но уже из-за принятой у нас моногамии. [12,68] С.М. Корнеев и А.Е. Шерстобитов, в свою очередь, полагают, что правоспособность товарища «в какой-то мере ограничена» [19,153], так как он не может вступить в другое товарищество. Этих примеров достаточно, чтобы заметить, что не только марксистской объективной истины, но и конструктивистского консенсуса тут не усматривается, а построенное таким образом понятие может быть научным лишь «в какой-то мере». Интересно, а то обстоятельство, что автор программы для ЭВМ согласно ст. 1269 ГК РФ не имеет права на отзыв, поражает его правоспособность.

Исследователи, признающие различные (ограниченные) правоспособности, сталкиваются со значительными трудностями при объяснении их равенства. Мы не будем приводить глубоко презираемые марксистской наукой образцы sapientia scholastica, в которых их авторы пытаются намекнуть читателю, что возникшее здесь противоречие является диалектическим или вовсе отсутствует. Ясно, что это не так.

Равенство правоспособности есть формальное равенство. Правоспособный субъект противостоит системе правовых норм. Чтобы у этого субъекта возникли предусмотренные нормами субъективные права, необходимо наличие указанных в этих нормах юридических фактов.

Если некий субъект готов предъявить юридические факты, необходимые для возникновения конкретного субъективного права, он его приобретает. Точно так же его приобретает любой субъект, предъявивший такой же набор юридических фактов. Верно и обратное: если субъект не может предъявить требующийся набор юридических фактов, субъективное право не возникнет.

В этом и состоит равенство: при одинаковых юридических фактах и только при одинаковых (либо альтернативных) можно стать обладателем одинакового субъективного права. Важно подчеркнуть, что это действительно равенство без всяких натяжек.

Таким образом, ребенок не может вступить в брак потому, что нет положительного правообразующего юридического факта — возраста, а женатый человек не может жениться потому, что есть положительный правопрепятствующий факт — другой брак. А правоспособность у них абсолютно одинаковая.

Итак, правоспособность, в ее новом понимании на наш взгляд понятая как какой-то набор (объем) трансцендентальных субъективных прав, является практически избыточной и теоретически слабой конструкцией, не идущей дальше того, что К. Маркс называл «хаотическим представлением о целом».

Наиболее убедительной может показаться дифференциация правоспособности юридических лиц, где критерий лежит на поверхности — цель деятельности. Но тот факт, что цель деятельности подлежит учету каждый раз при решении вопроса о возникновении субъективного права у юридического лица с уставными целями — количественная, а не качественная характеристика, кроме того, далеко не у всех юридических лиц такая цель есть. Следовательно, цель деятельности правильнее рассматривать в качестве юридического факта, а не атрибута правоспособности юридического лица. Правоспособность одинакова у всех субъектов права.

Наконец, традиционный учет возраста для определения объема правоспособности ведет к смешению право- и дееспособности. Все это не добавляет ясности. Еще С.Н. Братусь отмечал, что право требует четких и ясных формулировок при определении границ того или иного понятия, требует формальной логики. [30,50]

2.2 Современный взгляд на гражданскую дееспособность

Легальная дефиниция дееспособности дана в ст. 21 ГК РФ. Это способность своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Когда пятилетний поэт (или поэтесса) создает стихотворение, недееспособный субъект своими действиями приобретает права. Текст ст. 21 ГК РФ не позволяет уверенно ответить на вопрос, как соотносится предложенная ситуация с легальным определением дееспособности. Поэтому прибегают к доктринальному определению этого понятия, и так как из рассматриваемой триады оно имеет наибольшее практическое значение, можно отметить, что в содержательном плане добавить что-либо новое сложно. А вот над формой изложения, на наш взгляд, еще можно поработать.

Один из основателей современной науки, И. Ньютон, обратил внимание, что перед исследователем встает два вопроса: «Зачем это происходит?» и «Как это происходит?», и, хотя эти вопросы тесно связаны между собой, их не следует смешивать. Попробуем применить этот методологический совет знаменитого ученого при анализе дееспособности. Тем более что vere scire est per causas scire.

Известно, что единственное, на что способно воздействовать право, — это волевое поведение. Но не на любое волевое поведение право может повлиять, например, оно не может повлиять на творческую деятельность как таковую. Однако оно признает некоторые результаты такой деятельности в качестве объектов прав, а с фактом их создания связывает возникновение субъективных прав у определенных лиц.

Некоторое поведение праву вообще безразлично, например в рамках большинства личных неимущественных отношений между мужчиной и женщиной. Когда же речь идет о поведении, на которое право может и хочет влиять, оно только тогда признает юридическое значение за этим поведением (в том числе противоправным), когда субъект обладает определенным уровнем психической зрелости, позволяющей ему формировать свою волю с учетом воли, выраженной в нормах права.

Именно этот уровень зрелости, которого, как наивно принято думать, в полной мере все достигают к 18 годам, и есть дееспособность с точки зрения цели ее учета. Эта цель одновременно определяет и сферу, в которой имеет место учет дееспособности. В свою очередь, сфера эта весьма широка, но все же ограниченна.

С точки зрения механизма возникновения субъективного права дееспособность — юридический факт.

Неслучайно в германском законодательстве речь о дееспособности <14> идет в разделе, посвященном сделкам. Точнее, о близком ему понятии «сделкоспособность», так как собственно понятия «дееспособность» в германском праве нет.

Эти два аспекта дееспособности можно для определенности назвать материальным и формальным соответственно. Такое деление имеет некоторое самостоятельное практическое применение, но в контексте данной статьи оно поможет нам ответить на вопрос, что есть правосубъектность.

Обладать дееспособностью — значит иметь способность самостоятельно, лично совершать юридически значимые действия, в том числе, совершать сделки, заключать договоры, выступать в качестве субъектов различных обязательств, а также нести ответственность за причинение вреда другим лицам, неисполнение принятых обязательств и т.д.

Дееспособность — важнейшее социально-правовое свойство гражданина; она обеспечивает его активное участие в гражданском обороте, в предпринимательской и иной, не запрещенной законом, деятельности, реализацию его творческих способностей, различных имущественных и личных неимущественных прав и т.д.

Поскольку дееспособность — возможность своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права и обязанности, она предполагает определенный уровень интеллектуального развития гражданина, способность понимать значение своих действий, руководить ими и предвидеть их последствия, что, как правило, появляется с достижением совершеннолетия, то есть с 18 лет.

Общее правило о моменте возникновения полной дееспособности имеет два исключения. Первое относится к лицам, вступившим в брак до достижения совершеннолетия. СК РФ (ст.13) Семейный кодекс РФ от 29.12.1995 года № 223-ФЗ в редакции от 12.11.2012 года, действующей с 13.02.2013 года устанавливает для мужчин и женщин брачный возраст в 18 лет. При наличии уважительных причин органы местного самоуправления по месту жительства лиц, желающих вступить в брак, вправе по просьбе этих лиц разрешить им вступить в брак, если они достигли возраста 16 лет, например, в случае беременности невесты, при рождении ребенка и др. В виде исключения при наличии особых обстоятельств вступление в брак может быть разрешено и до достижения 16-летнего возраста. Порядок и условия снижения брачного возраста в этих случаях устанавливаются законодательством субъектов РФ.

При регистрации брака несовершеннолетние лица приобретают дееспособность в полном объеме. При расторжении брака до наступления совершеннолетия дееспособность лица сохраняется. Вопрос о дееспособности несовершеннолетнего при признании брака недействительным решается в судебном порядке с учетом конкретных обстоятельств (ст.ст.27-30 СК).

Вторым исключением из общего правила о возникновении дееспособности в полном объеме с наступлением совершеннолетия является предусмотренная ст.27 ГК РФ эмансипация.

Гражданская дееспособность, так же как и правоспособность, является своеобразным субъективным правом (ст.22 ГК РФ) и защищена законом.

Заключение

Целью курсовой работы являлось рассмотрение темы новое понимание правоспособности и дееспособности граждан на современном этапе.

Проведенный анализ темы курсовой работы показал, что в основе гражданско-правового равенства лежат нормы гражданского права и гражданская правоспособность. Гражданско-правовое неравенство обусловлено различием принадлежащих субъектам субъективных гражданских прав и обязанностей. Наиболее ярко правовое неравенство обнаруживается в гражданских правоотношениях после того, как субъекты начнут взаимодействовать друг с другом и реализовывать свои субъективные гражданские права, интересы и обязанности.

В правовой действительности гражданская правоспособность, наряду с гражданско-правовыми нормами, уравнивает субъектов между собой, тогда как субъективные гражданские права и обязанности одного субъекта всегда будут отличаться от субъективных гражданских прав и обязанностей другого субъекта.

Содержанием дееспособности охватывается способность своими действиями исполнять обязательства. Вместе с тем обязательства могут возникать не только из сделок, но и из правонарушений, т.е. обязанность может быть в виде деликтной ответственности.

Самостоятельная деликтная ответственность исключает возможность ее отнесения на других лиц, и она, несомненно, связана с достижением лицом полной дееспособности. Нормы права предусматривают не восполнение дееспособности причинителей вреда дееспособностью третьих лиц, не их опору на дееспособность иных лиц, а именно их способность выступать самостоятельными субъектами ответственности.

Таким образом, дееспособность включает в свое содержание как сделкоспособность, так и деликтоспособность. Формальным подтверждением этого вывода является включение норм о дееспособности гражданина в Общую часть Гражданского кодекса РФ, нормы которой распространяют свое действие на все разделы Особенной части.

Наличие оснований для ограничения дееспособности устанавливается в суде по правилам гражданского судопроизводства, что должно гарантировать, с одной стороны, защиту права человека на досуг и, с другой стороны, защиту интересов членов семьи гражданина, финансово зависимых от него в силу возраста или состояния здоровья.

Отметим тот факт, что со 2 марта 2015 г. можно признавать ограниченно дееспособными лиц, которые вследствие психического расстройства могут понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц. Над такими лицами устанавливается попечительство.

Кроме того, с указанной даты можно признавать недействительной сделку, совершенную гражданином, который позднее был ограничен в дееспособности вследствие психического расстройства. Для этого необходимо доказать, что в момент совершения сделки он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать (абз. 2 п. 2 ст. 177 ГК РФ).

Со 2 марта 2015 г. появилась также возможность признания ограниченно дееспособными лиц с психическим расстройством, признанных недееспособными, при развитии у них способности понимать значение своих действий или руководить ими лишь при помощи других лиц. Это позволит им участвовать в ограниченном объеме в гражданском обороте (в том числе совершать отдельные сделки самостоятельно с согласия попечителя).

Правоспособность, в ее новом понимании на наш взгляд понятая как какой-то набор (объем) трансцендентальных субъективных прав, является практически избыточной и теоретически слабой конструкцией, не идущей дальше того, что К. Маркс называл «хаотическим представлением о целом».

Наиболее убедительной может показаться дифференциация правоспособности юридических лиц, где критерий лежит на поверхности — цель деятельности. Но тот факт, что цель деятельности подлежит учету каждый раз при решении вопроса о возникновении субъективного права у юридического лица с уставными целями — количественная, а не качественная характеристика, кроме того, далеко не у всех юридических лиц такая цель есть. Следовательно, цель деятельности правильнее рассматривать в качестве юридического факта, а не атрибута правоспособности юридического лица. Правоспособность одинакова у всех субъектов права.

Дееспособность — важнейшее социально-правовое свойство гражданина; она обеспечивает его активное участие в гражданском обороте, в предпринимательской и иной, не запрещенной законом, деятельности, реализацию его творческих способностей, различных имущественных и личных неимущественных прав и т.д.

Список использованных источников

[Электронный ресурс]//URL: https://urveda.ru/kursovaya/na-temu-grajdanskaya-protsessualnaya-deesposobnost-i-pravosposobnost/

1.Конституция (1993).

Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 г., в ред. от 21.07.2014 N 11-ФКЗ // Рос. газ. — 1993. — 25 дек.; Собрание законодательства Рос. Федерации — 04.08.2014. — N 31. — ст. 4398.

2.Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)» от 30.11.1994 N 51-ФЗ, в ред. от 06.04.2015 г.// Собрании законодательства РФ. — 06.04.2015.

.Закон Московской области от 30.04.2008 N 61/2008-ОЗ «О порядке и условиях вступления в брак на территории Московской области лиц, не достигших возраста шестнадцати лет»// Ежедневные новости. Подмосковье. 14.05.2008.

4.Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. М., 1940. — 230 с.

.Алексеев С.С. Общая теория права: учеб. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2008. — 509 с.

.Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву // Ученые труды ВИЮН, вып. III. 112 с.

.Белькова Е.Г. О категориях «правосубъектность» и «праводееспособность» // Известия ИГЭА. — 2006. — N 6. — С. 56

.Братусь С.Н. Указ. соч. С. 5.

.Братусь С.Н. Указ. соч. С. 18.

.Веберс Я.Р. Указ. соч. С. 117.

.Веберс Я.Р. Указ. соч. С. 68.

.Веберс Я.Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском и семейном праве. Рига, 1976. — 116 с.

.Виткявичюс П.П. Проблемы гражданской правосубъектности советского государства: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. М., 1980. — 130 с.

.Воеводин Л.Д. Конституционные права и обязанности советских граждан. М., 1972. — 214 с.

.Витрук Н.В. Общая теория правового положения личности. М., 2008. — 315 с.

.ГК Франции 1804 г. В кн.: Гражданское, торговое и семейное право капиталистических стран: Сб. нормативных актов: гражданские и торговые кодексы: Учеб. пособие / Под ред. В.К. Пучинского, М.И. Кулагина. М.: Изд-во УДН, 1986. — 600 с.

17.Гамбаров Ю.С. Курс гражданского права. СПб., 1911. — 704 с.

.Гражданское право: В 4 т. Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2008. Т. 1. 400 с.

.Зенин И.А. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части четвертой. М., 2008. — 309 с.

.Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. А.Л. Маковского. М., 2008. — 408 с.

.Красавчиков О.А. Гражданская правосубъектность как правовая форма Правовые проблемы гражданской правосубъектности. Свердловск, 1978. -211

.Кузнецова Л.Г. Развитие института дееспособности граждан в новом гражданском законодательстве // Правоведение. 1965. № 4. С. 80.

.Матузов Н.И. Субъективные права граждан СССР. Саратов, 1966. — 111

.Мицкевич А.В. Субъекты советского права. М., 1962. — 23 с.

.Орзих М.Ф. Личность и право. М., 1975. — 270 с.

.Проект Высочайше утвержденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения. Вторая редакция. СПб., 1904. — 356 с.

.Правовые новости. Специальный выпуск. «Перечень основных изменений ГК РФ в 2015 г. // КонсультантПлюс

.Рябов К.И. Еще раз о правоспособности, дееспособности и правосубъектности // Закон. 2012. N 9. С. 132.

.Садиков О.Н. Убытки в гражданском праве Российской Федерации. М., 2009. — 113 с.

.Синайский В.И. Русское гражданское право. М., 2002. — 209 с.

.Сулейманова С.А. К вопросу о гражданской правоспособности физического лица // Проблемы современной цивилистики: Сборник статей, посвященных памяти профессора С.М. Корнеева / отв. ред. Е.А. Суханов, М.В. Телюкина. М.: Статут, 2013. — 480 с.

.Толстой Ю.К. К теории правоотношения. Л., 1959. — 455 с.

.Флейшиц Е.А. Соотношение правоспособности и субъективных прав // Вестник гражданского права. 2009. N 2. С. 263.

.Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении. М., 1974. — 344 с.

.Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 79.

.Эннекцерус Л. Курс германского гражданского права. М., 1949. Т. 1. — 450 с.

.Ярошенко К.Б. Указ. соч.С.45.