Функциональное предназначение следователя в современном уголовном процессе

Дипломная работа

Определяющим элементом в системе субъектов обвинения в уголовном судопроизводстве является следователь. Следователь, определяя ход и направления расследования, во многом предопределяет характер и содержание дальнейших уголовно-процессуальных правоотношений, в том числе, их субъектный состав.

Возбуждая уголовное дело, проводя предварительное следствие, определяя ход и направление расследования, следователь во многом предопределяет характер и содержание дальнейших уголовно-процессуальных правоотношений, в том числе, их субъектный состав. Являясь основным субъектом предварительного расследования, следователь не может не находиться в центре взаимодействия субъектов обвинения. В то же время, характер взаимодействия следователя с субъектами обвинения различен, он в ряде случаев отличается существенным разнообразием. С некоторыми из них его взаимодействие строится на основе ведомственного подчинения и процессуального руководства. В связи с проведенными изменениями в законодательстве, представляется актуальным исследование данного вопроса.

В информационном разделе новостей Московской области упоминается, что разделение полномочий между СКР и Генпрокуратурой проходило в два этапа. «Поправки в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и закон о прокуратуре 2007 года исключили из компетенции прокурора полномочия по процессуальному руководству следствием, но до начала 2011 года Следственный Комитет России, (далее — СКР) оставался структурным подразделением Генпрокуратуры. До этого времени у прокурора была возможность определять ход расследования, после 2007 года возникла ситуация, при которой указания прокурора утратили обязательность для следователя. После отделения СК РФ в 2011 году прокуратура потеряла возможность вести самостоятельные следственные действия и вмешиваться в ход расследования».

«Противостояние между двумя ведомствами длится уже 7-8 лет, раньше прокуратура обладала широкими полномочиями, но потом их отобрали. Сейчас широких рычагов влиять на следствие нет, особенно остро это проявилось в деле подмосковных прокуроров. Влияние прокуратуры осталось только на стадии вынесения обвинительного заключения, но и его можно обойти».

В октябре, после того, как президентский законопроект прошел первое чтение, глава комитета по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая заявила, что содержащиеся в законопроекте нормы послужат развитию правовой системы государства. В комментарии ТАСС она напомнила, что органы прокуратуры осуществляют координацию по противодействию коррупции.

9 стр., 4161 слов

Зорин Р.Г., На пути повышения эффективности предварительного ...

... предварительного расследования в уголовном ... в случае совершения в отношении его тяжкого или особо тяжкого преступления. О проведении освидетельствования следователь ... и обвинения. Поэтому данный этап ни в ... характер; получение образцов для сравнительного исследования; изъятие, личный обыск при задержании подозреваемого до возбуждения уголовного дела. Освидетельствование. В соответствии со ст. 206 УПК РБ: ...

В качестве назначения уголовного судопроизводства в ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, (далее — УПК РФ) определены защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Указанная норма охватывает все содержание деятельности органов и должностных лиц уголовного судопроизводства, нацеливает их на реализацию поставленных задач и одновременно на всемерную защиту личности от противоправного воздействия со стороны кого бы то ни было.

Несмотря на законодательное определение функций следователя, и множественные исследования данного аспекта, данный вопрос остается спорным. Требуют уточнения задачи, полномочия следователя в связи с выполнением им функции обвинения, а также гарантии законности и обоснованности деятельности, его процессуальная самостоятельность. В нашем исследовании особую роль мы отвели спорной на сегодня функции следователя — его процессуальной самостоятельности.

В данной работе будет проанализирована практика применения уголовно — процессуального кодекса Российской Федерации, выявлены проблемы процессуальной деятельности следователя и рассмотрены предложения ученых-процессуалистов, направленных на совершенствование уголовно-процессуального законодательства.

Несмотря на многочисленные исследования выбранной нами темы, остаются дискуссионными многие теоретические положения, касающиеся законодательной регламентации уголовно-процессуального статуса отдельных участников судопроизводства, в том числе и следователя. Это и послужило актуальностью темы нашего исследования.

Аспекты, связанные с функциональным предназначением следователя, а также особенностями процессуального статуса следователя в состязательном процессе, рассматриваются в работах современных ученых. К работам, затрагивающим данные направления, можно отнести исследования А.Р. Белкина, В.Ф. Крюкова, С.В. Романова, В.Ю. Рытьковой, В.В. Шимановского, О.Я. Баев, Р.С. Белкин, В.П. Божьев, И.Е. Быховский, И.А. Возгрин, Б.Я. Гаврилов, С.И. Гирько, А.В. Гриненко, А.П. Гуляев, И.М. Гуткин, В.Н. Исаенко, И.И. Карпец, Н.Н. Ковтун, Л.Д. Кокорев, Л.М. Карнеева, В.М. Корнуков, A.M. Ларин, В.А. Михайлов, И.Л. Петрухин, М.П. Поляков, А.Б. Соловьев, В.Т. Томин, В.В. Трухачев, Ф.Н. Фаткуллин, Г.П., Ю.В. Деришев, В.В. Кальницкий, А.А. Клейн, A.M. Ларин, П.А. Лупинская, П.Г. Марфицин и др.

Целью в проведении исследования будет являться раскрытие выбранной нами темы и выявление основных проблем в регулировании процессуальной деятельности следователя, как участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

  • изучение основных направлений и тенденций по определению места и роли следователя в уголовном судопроизводстве России;
  • изучение функций процессуальной деятельности следователя;
  • определение содержания процессуальных гарантий законности и обоснованности деятельности следователя, его процессуальной самостоятельности;
  • изучение проблем законодательства по регулированию уголовно-процессуального статуса следователя и рассмотрение вариантов устранения пробелов в законодательстве.

Исходя из этого, верно будет предположить, что именно сегодня вопросы законодательного регулирования основных направлений деятельности органов предварительного расследования приобретают особую актуальность и представляют повышенный научный и практический интерес.

58 стр., 28721 слов

Роль адвоката-защитника в уголовно-процессуальном доказывании

... Российской Империи (Устав уголовного судопроизводства 1864г.) следователь при участии полиции собирал ... адвокатской деятельности и адвокатуре РФ, расширившими полномочия защитника в доказывании на ... уголовное преследование или применены меры процессуального принуждения, но и лица, участвующие в рамках предварительного расследования ... обширный материал по данной теме. Объектом исследования послужили ...

Следователь осуществляет государственно-правовую функцию расследования преступлений, в широком смысле — восстановления справедливости. Следователь является основным субъектом расследования потому, что он самостоятельно производит основное количество следственных и иных процессуальных действий. Законодательством установлены пределы процессуальной самостоятельности следователя, обеспечивающие исполнение следователем письменных указаний прокурора, руководителя следственного органа, которые были даны в пределах, имеющихся у них полномочий.

Определение правового положения следователя как участника уголовного судопроизводства, являющегося должностным лицом, уполномоченным в пределах своей компетенции осуществлять предварительное следствие, возложение на него обязанностей, заключающихся в реализации уголовного преследования, обусловили потребность с новых сторон рассмотреть его процессуальные функции и положение, структуру и содержание реализуемой им деятельности в уголовном процессе в условиях состязательности сторон.

Вопросы, касающиеся функционального предназначения следователя, а также его процессуального положения, всегда находились в центре исследовательского интереса ученых-процессуалистов. Однако до сих пор в научных кругах не выработано единой точки зрения на понимание самих процессуальных функций, а также функций, присущих следователю.

Настоящее исследование включает в себя две главы, первую из которых мы разделили на два параграфа, вторая глава включает в себя три параграфа. В заключении мы проанализируем выполненные задачи нашего исследования и подтвердим актуальность выбранной нами темы.

ГЛАВА 1. ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ И ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ НАЗНАЧЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЛЕДОВАТЕЛЯ

1.1 Сущность и проблемы нормативного закрепления процессуального положения следователя

В настоящее время в науке уголовного процесса возникает спор о правовом положении следователя как участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения. Некоторые авторы полагают, вопреки действующему уголовно — процессуальному кодексу Российской Федерации (далее — УПК РФ), который относит следователя именно к стороне обвинения (статья 38 УПК РФ), что следователь не должен относиться к стороне обвинения. Например, С. А. Шейфер считает, что следователь «не может не испытывать состояния внутренней раздвоенности, сознавая себя, с одной стороны, субъектом уголовного преследования, обязанным собирать уличающие обвиняемого (подозреваемого) доказательства, а с другой — исследователем, вынужденным опровергать самого себя устанавливая обстоятельства, несовместимые с обвинением».

А.В. Пиюк, в свою очередь считает, — «что положения УПК РФ об отнесении следователя к стороне обвинения нелогичны».

14 стр., 6677 слов

Следователь в уголовном процессе

... исследования., Предметом исследования, Целью данной работы Концепция и полномочия следователя в уголовном процессе Концепция следователя как стороны уголовного обвинения Следователь При назначении следователя в качестве государственного служащего, ... от того, к какому ведомству они относятся, все следователи имеют одинаковые процессуальные права и проводят предварительное следствие по одним и ...

По мнению В.И. Зажицкого, следователь, только формирующий предмет судебного спора, не может быть стороной в уголовном процессе, а особенности процессуальной деятельности следователя не дают права называть его стороной в уголовном процессе.

А.П. Гуськова полагает, что сосредоточение в деятельности следователя противоположных функций таких, как обвинение, защита от незаконного обвинения и разрешение уголовного дела, явно противоречит законам логики и психологии. Авто указывает, что именно по этой причине им разделяется позиция с С.С. Телигисовой, которая отмечает: «На сегодняшний день нет однозначного определения данного понятия, не разработан и не регламентирован статус следователя, его процессуальное положение».

В качестве основы процессуального статуса следователя в теории советского уголовного процесса традиционно рассматривались положения о его процессуальной самостоятельности и независимости, которые определяют характер взаимоотношений следователя с другими субъектами уголовного судопроизводства (органами дознания, прокурором, руководителем следственного органа, судом).

Необходимость обеспечения процессуальной самостоятельности следователя на официальном уровне была подтверждена в 1991 году в Концепции судебной реформы, где отмечено, что провозглашенная на тот момент законом процессуальная самостоятельность следователя является во многом декларацией, лишенной реальных гарантий. Однако в новом УПК РФ не нашлось места для определения понятия, сущности и объема самостоятельности и независимости следователя. В то же время значительно расширен объем и формы контроля за процессуальной деятельностью следователя. Во многом в связи с этим ныне в сознании, как самих следователей, так и их ведомственных руководителей, прокуроров, судей указанные категории превратились в некую абстракцию, не имеющую ни законодательной основы, ни, тем более, практической реализации.

Следует согласиться с мнением В.Д. Дармаевой, которая отмечает, что, исследование и анализ процессуального положения следователя в разные исторические периоды позволяет установить преимущества и ошибки в регулировании вопросов функции и задач следователя, его полномочий, и в какой-то мере наметить перспективы совершенствования его уголовно-процессуального статуса. «Вне исторического контекста, связывающего явление и процесс современности с теми явлениями и процессами, которые были их предшественниками, равно как и с теми, которые на их основе возникнут в более или менее отдаленной перспективе, невозможно познать саму эту современность».

Т.К. Рябинина отмечает, что на сегодня в процессуальной деятельности следователя возникает парадоксальная ситуация, когда некоторые ученые процессуалисты считают, что следователь должен быть самостоятельным и независимым, но от кого независим, не называют. Следователь, как сторона обвинения не может быть независим ни от прокурора, ни от руководителя следственного органа. Более того, по мнению автора, в таком случае законодателю следовало бы более четко регламентировать полномочия каждого из них, скоординировав их деятельность, имеющую единую направленность, на выполнение задач, которые ставит перед ними государство и общество.

6 стр., 2503 слов

Планирование расследования многоэпизодных уголовных дел

... следственных действий, а также порядок использования следственных данных при выполнении оперативной работы по делу. Нельзя пренебрегать данными органов дознания в любой период расследования. ... вытекающих из особенностей конкретного уголовного дела. При расследовании сложных преступлений бригадным способом ... и12участковых инспекторов. По отдельным поручениям следователя они производили допросы ряда ...

Предварительное производство по уголовному делу в России продолжает сохранять следственную форму, но следует отметить, что элементы состязательности в нем имеются. Прежде всего, они проявляются в процедурах судебного контроля. В данных процедурах следователь вступает в правовые отношения с судом.

На наш взгляд, для того, чтобы в полной мере раскрыть выбранную нами тему исследования, необходимо рассмотреть процессуальную самостоятельность следователя через принцип состязательности. Именно в этом сравнении, на наш взгляд, возможно рассмотреть процессуальную деятельность следователя, как стороны обвинения.

По мнению А.Р. Вартанова, принцип процессуальной самостоятельности следователя раскрывается в определении его статуса, где выделяются элементы процессуальной самостоятельности следователя, регламентация которых способствует формированию процессуального статуса следователя.

Б.Т. Безлепкин в своем исследовании отмечает, что при наличии законных поводов и оснований следователь возбуждает уголовное дело, принимает его к своему производству и приступает к производству расследования, самостоятельно определяя его направления соответственно выдвигаемым следственным версиям. На первоначальном этапе производства по уголовному делу, следователь самостоятельно определяет, какие следственные действия необходимо произвести в целях собирания доказательств и кого вызвать для участия в этих действиях, в частности в допросах и очных ставках, кому поручить экспертное исследование и какие меры уголовно-процессуального принуждения (задержание, заключение под стражу, иные меры пресечения, наложение ареста на имущество, временное отстранение от должности и др.) подлежат применению. Кроме того, «следователь вправе и обязан применить их или же возбудить перед судом ходатайство о принятии соответствующего решения, либо обратиться к начальнику следственного органа, в котором состоит на службе, за согласием и лишь после этого выполнить соответствующее процессуальное действий».

В сравнении с принятыми изменениями в УПК РФ после 2007 года, следует отметить, что в статье 39 УПК РФ (в ред. ФЗ от 05.06.2007 № 87-ФЗ; от 03.12.2007 № 323-ФЗ; от 02.12.2008 № 226-ФЗ; от 28.12.2010 № 404-ФЗ) уже не начальник следственного органа, а руководитель следственного органа уполномочен «давать согласие следователю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, о продлении, об отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения».

Как справедливо отмечал М.С. Строгович, процессуальными функциями, выполняемыми в уголовном судопроизводстве следователем как самостоятельным участником уголовно-процессуальной деятельности выступают следующие три функции: обвинения, защиты и разрешения дела. Автор отмечает, что функции обвинения (уголовного преследования) и защиты у следователя возникают лишь после появления в процессе обвиняемого. Вся же деятельность следователя до этого момента, есть следственная деятельность, предварительное следствие, в котором еще не распределены процессуальные функции, и эта деятельность представляет собой необходимую подготовку к уголовному преследованию, но не само уголовное преследование.

10 стр., 4589 слов

Система органов внутренних дел

... о преступлениях, производство неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий по «горячим следам» и формируется в составе следователя, сотрудников оперативных и экспертно-криминалистических ... охранять собственность; исполнять уголовные наказания в виде лишения свободы; оказывать социальную и правовую помощь населению. Сущность деятельности органов внутренних дел состоит в ...

Итак, уголовно-процессуальное законодательство в ст. 5 УПК РФ, определяет следователя, как должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, а также иные полномочия, предусмотренные законодательством.

Как уже ранее нами отмечалось, следователь отнесен к числу участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения, однако, главной задачей следователя является осуществление доказывания.

Правовое положение следователя закреплено в ст. 38 УПК РФ и в других статьях УПК РФ. Также необходимо сказать, что правовое положение следователя закреплено не только в УПК РФ, но и в других нормативно-правовых актах и иных подзаконных актах.

Процессуальная самостоятельность следователя выражается в реальной гарантии законности и обоснованности процессуальных решений, поскольку наделяет следователя возможностью, в пределах своей компетенции, самостоятельно формулировать выводы и суждения на основе проверенных достоверных доказательств.

В. Ю. Мельников отмечает, что из-за недостаточной законодательной регламентации, проблемы процессуальной самостоятельности следователя, дознавателя и остающейся вследствие этого их фактической ведомственной подчиненности своим непосредственным и прямым начальникам на практике часто возникают негативные последствия в виде нарушений прав и свобод человека и гражданина на предварительном следствии и дознании.

В свою очередь, В. С. Шадрин полагает, что из-за нечеткой регламентации процессуальной самостоятельности следователя, все чаще проявляются случаи незаконного и необоснованного привлечения граждан к уголовной ответственности, «обеспечение же процессуальной самостоятельности, в свою очередь, является важным условием надлежащего обеспечения прав и интересов личности при производстве расследования». Страдают не только незаконно привлеченные к уголовной ответственности, но и ущемляются интересы потерпевшей стороны, иных субъектов, заинтересованных в исходе уголовного дела. Ограничение самостоятельности значительно снижает творчество, инициативу и активность в работе следователя, отсюда и отношение к результатам расследования.

В п. 5 ч. 2 ст. 38 УПК РФ указывается, что следователь имеет право обжаловать следующие решения прокурора: об отмене постановления о возбуждении уголовного дела; о возвращении уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия; об изменении объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых, изменении объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков.

В.П. Божьев отмечает, что следователь имеет достаточные права, чтобы отстаивать перед прокурором свои процессуальные позиции по уголовному делу. Но все дело в том, что эти права — обжаловать решения и указания прокурора — следователь, по действующему закону, может использовать только с согласия руководителя следственного органа (п. 5 ч. 2 ст. 38 УПК РФ).

4 стр., 1725 слов

Взаимосвязь и соотношение принципов гражданского, арбитражного, ...

... принципов процессуального права и для правоприменительной деятельности; они определяют основные формы и методы деятельности правосудия по гражданским делам, а также сущность процессуальной формы гражданского судопроизводства. Глава 2. Содержание принципов гражданского процессуального права 2.1 Организационно – функциональные принципы гражданского процесса 1) ...

Автор полагает, что именно поэтому право обжалования указаний и решений прокурора по уголовному делу, которое следователь расследует, как бы у него есть, но практически самостоятельно его использовать для отстаивания своей процессуальной позиции по уголовному делу он не может. Как справедливо отмечено автором, в данном случае ни о какой процессуальной самостоятельности не может быть и речи.

Однако, автор предлагает рассмотреть правовые отношения следователя с руководителем следственного органа. Как закреплено в ч. 3 ст. 39 УПК РФ, указания руководителя следственного органа по уголовному делу даются в письменном виде и обязательны для исполнения следователем. Эти указания могут быть им обжалованы руководителю вышестоящего следственного органа, но обжалование указаний не приостанавливает их исполнение.

Однако, в уголовно-процессуальном законе предусмотрены случаи, когда обжалование следователем указаний руководителя следственного органа приостанавливает их исполнение. Автором называются такие случаи, когда указания руководителя следственного органа касаются изъятия уголовного дела и передачи его другому следователю, привлечения лица в качестве обвиняемого, квалификации преступления, объема обвинения, избрания меры пресечения, производства следственных действий, которые допускаются только по судебному решению, а также направления уголовного дела в суд или его прекращения.

Обжалуя указания руководителя следственного органа по этим случаям, следователь имеет право представить руководителю вышестоящего следственного органа материалы уголовного дела и свои письменные возражения на указания руководителя следственного органа.

С другой стороны, следователь не может обжаловать такие решения руководителя следственного органа, как постановление руководителя следственного органа об отмене постановления следователя о возбуждении уголовного дела, хотя имеет право обжаловать постановление прокурора об отмене постановления следователя о возбуждении уголовного дела.

Позволим согласиться с мнением В.П. Божьева, который отмечает, что нет достаточных оснований для сохранения в уголовном процессе этих различий. Следователь, как самостоятельный и ответственный участник уголовного процесса, должен иметь право обжаловать решения прокурора и руководителя следственного органа по основным вопросам, определяющим судьбу уголовного дела и обвиняемого. Это такие решения, как: возбуждение уголовного дела, определение объема обвинения, квалификация преступления, передача уголовного дела другому следователю, производство следственных действий, которые допускаются только по судебному решению, прекращение уголовного дела, направление уголовного дела в суд.

Здесь же В.П. Божьев справедливо отмечает, что «прокурор, следователь и руководитель следственного органа представляют в уголовном процессе одну сторону — сторону обвинения. Поэтому, прежде всего, важно обеспечить их единство, взаимодействие, ответственность, а не «внутреннюю состязательность».

Вынуждены согласиться с мнением В.П. Божьева, который отмечает, что единство, взаимодействие и ответственность стороны обвинения могут быть успешно реализованы на следственной практике только тогда, когда в уголовно-процессуальном законе будут четко определены взаимные права и обязанности всех участников уголовного процесса со стороны обвинения. И это, прежде всего, относится к следователю, правовое положение которого на предварительном следствии больше всего нуждается в корректировке.

42 стр., 20616 слов

Возбуждение уголовного дела

... в сфере управления уголовным процессом. Целью курсовой работы является изучение возбуждения уголовного дела. Для достижения указанной ... закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Поводом к возбуждению уголовного дела в этом случае могут ... следователь, орган дознания и дознаватель обязаны принять решение о возбуждении уголовного дела, отказе в возбуждении уголовного дела либо, установив, что дело ...

Законодатель должен исходить из того разумного положения, что следователь, который производит следственные действия, собирает доказательства, принимает процессуальные решения по уголовному делу, должен иметь достаточно прав для самостоятельного их принятия, а также для отстаивания своей позиции по уголовному делу перед прокурором и руководителем следственного органа.

Актуально отметить, что по новому законодательству установлен судебный контроль за применением мер пресечения и другими мерами процессуального принуждения, тем самым нормы уголовно-процессуального законодательства приведены в соответствие с Конституцией Российской Федерации. Однако, основной закон наделяет суд правом принятия решений только по четырём процессуальным действиям, то по УПК РФ — более двадцати действий следователя требуют согласия суда. Введение судебного контроля на предварительном следствии — необратимый процесс на пути построения демократического государства. Следует отметить, что наиболее существенное ограничение прав и свобод личности возможно только на основании судебного решения. Однако, при этом должна обеспечиваться эффективность и оперативность деятельности органов следствия, осуществляющих уголовное преследование, что на наш взгляд новый уголовно-процессуальный кодекс не решает. Нет и ответа на вопрос участия судьи при окончательном рассмотрении дела после санкционирования следственных мероприятий. Возможно, что при расследовании сложных уголовных дел судья неоднократно будет оценивать доказательства, решать вопросы о мерах процессуального принуждения и после этого он должен вынести беспристрастный объективный вердикт.

Итак, уголовно-процессуальный статус следователя представляет собой установленную нормами уголовно-процессуального права совокупность таких элементов, как функция (основное направление уголовно-процессуальной деятельности); задачи, полномочия следователя; процессуальная самостоятельность; гарантии законности и обоснованности деятельности; ответственность при принятии процессуальных решений.

По УПК РФ следователь представляет сторону обвинения и выполняет функцию обвинения (уголовного преследования).

В целях реализации данной функции на следователя возлагаются соответствующие задачи, такие как:

) установление обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу;

)защита прав и интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений;

) собирание, проверка и оценка доказательств;

) защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, ограничения его прав и свобод на основе совокупности собранных, проверенных и оцененных им доказательств;

) обеспечение возмещения ущерба, причиненного преступлением;

16 стр., 7530 слов

Возбуждение уголовного дела — стадия уголовного процесса

... собой этап уголовно-процессуальной деятельности, причем ни одно уголовное дело не может возникнуть вне его. Без возбуждения уголовного дела уполномоченными на то ... уголовного дела, относящееся к стадии возбуждения уголовного дела, 2) постановление о принятии дела к своему производству, составляющее начальный момент предварительного следствия (ст.129 УПК) . О возбуждении уголовного дела следователь ...

) обеспечение безопасности субъектов уголовного судопроизводства и др.

В свою очередь, полномочия следователя представляют собой, закрепленные в законе правовые средства, способы и методы осуществления предварительного следствия, позволяющие ему самостоятельно определять свои действия, и его обязанности, предписывающие необходимость такого поведения.

Однако, при этом, отнесение следователя к стороне обвинения и выполнение им функции уголовного преследования, наряду с прокурором, руководителем следственного отдела, повлекли изменение характера процессуальных полномочий следователя, порядка их осуществления.

.2Функциональное назначение деятельности следователя в российском уголовном процессе

Вопросы о функциональном назначении следователя и его процессуальном положении всегда находились в центре внимания уголовно-процессуальной науки. На протяжении многих лет они активно обсуждались в научной литературе, по ним высказывались различные точки зрения, предлагались различные варианты разрешения данных пробелов. Однако, единого определения как самих процессуальных функций, так и функций следователя не выработано. Проблематичным является представление о предмете, структуре деятельности и полномочиях следователя.

Среди многих проблем организации предварительного следствия и деятельности следователя одно из первых мест занимает вопрос о процессуальной самостоятельности и независимости следователя. Данную проблему мы попробуем проанализировать в дальнейшем.

Более полно определяет функции следователя В.М. Быков, он подтверждает наше мнение — следователь на досудебных стадиях уголовного процесса в настоящее время выполняет такие процессуальные функции, как расследование преступлений, обвинение и разрешение уголовного дела (имеется в виду прекращение следователем уголовного дела).

В связи с этим под процессуальными функциями В.М. Быков понимал основную процессуальную обязанность, в которой «проявляется главное назначение и определяется процессуальная роль каждого из участников процесса».

Д.В. Ванин на основе анализа различных точек зрения ученых, высказанных по данному вопросу, и уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении вопроса о соотношении полномочий и функционального назначения деятельности следователя, делает вывод о первичности функционального назначения следователя по отношению к его процессуальному положению. По мнению автора, функциональное назначение деятельности следователя, с одной стороны, отражает ее цели, с другой — обусловливает наделение следователя необходимыми полномочиями для их достижения. На основе диалектической связи единого, особенного и всеобщего в работе автора выделяется общеправовой статус государственных органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, который позволяет более полно раскрыть правовую природу полномочий следователя. При рассмотрении вопроса о классификации полномочий следователя автором делается вывод о том, что основную их группу составляют полномочия, обусловленные функциональным назначением его деятельности, так как именно они характеризуют процессуальное положение следователя в наиболее значимых аспектах, определяют его основное предназначение.

Н.Ю. Дутов в своем исследовании отмечает, что на современном этапе развития процессуального законодательства специфика реализации процессуальных функций следователя в состязательном уголовном процессе обусловлена «псевдосостязательностью» досудебного процесса. Причиной данного обстоятельства является многогранный характер функций, выполняемых следователем и в какой-то мере присущих различным субъектам уголовного процесса. На базе теории множественности процессуальных функций разработана авторская классификация процессуальных функций следователя, включающая в себя исследовательскую, обвинительную, защитную, превентивно-профилактическую, исполнительскую, «квазисудебную» и приоритетно-процессуальную функции. При этом в качестве приоритетно-ориентированной автором определена функция предварительного расследования по уголовному делу.

Кроме того, Н.Ю. Дутов в своей работе предлагает дополнить в законодательстве термин «приоритетно-процессуальной» функции, изложив ее в следующей редакции: приоритетно-процессуальная функция — функция обвинения, защиты от обвинения, предварительного расследования, разрешения уголовного дела; каждая такая функция представляет собой ключевое, но не единственное направление процессуальной деятельности конкретного участника состязательного уголовного судопроизводства. С этим нельзя не согласиться.

Как уже ранее отмечалось, в уголовно-процессуальном законодательстве следователь представлен как участник уголовного судопроизводства со стороны обвинения, наряду с прокурором, руководителем следственного органа, дознавателем, потерпевшим и др.

По мнению С.С. Телегисова, в настоящее время следователь наделен функцией обвинения (уголовного преследования), с чем целый ряд авторов не соглашается. Это связано с тем, что закон (ст. 6 УПК РФ) также нацеливает следователя на восстановление доброго имени лиц, не причастных к совершению преступлений. С точки зрения автора, первоочередными задачами уголовного судопроизводства являются быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона для того, чтобы тот, кто совершил преступление, был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осуждён. Соответственно деятельность всех участников уголовного процесса подчинена решению этих задач. Однако, автор справедливо отмечает, что достижение выше названных целей возможно лишь при наличии четкого разделения функций каждого из участников, в том числе и следователя. Для этого государство определило правовое положение следователя, предоставив ему определенные права и наложив на него обязанности. О чем нами ранее были исследованы и рассмотрены данные положения.

В.В. Шимановский полагает, что нет и не может быть уголовно-процессуальных функций, которые осуществляются в равной мере различными субъектами уголовно-процессуальной деятельности. По мнению автора, каждый участник процесса осуществляет свою, присущую только ему уголовно-процессуальную функцию, и соответственно под процессуальными функциями понимается основная процессуальная обязанность, в которой проявляется главное назначение и которой определяется процессуальная роль каждого из участников процесса.

Л.Н. Гусев полагает, что следователь наделен такой процессуальной функцией, как всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела. При нынешних изменения в законодательстве, мнение автора бесспорно — факт.

По мнению Г.Р. Гольст и Л.А. Мариупольского, следователь наделен такими функциями, как привлечение общественности к борьбе с преступностью и функцией воспитания. К сожалению, с таким мнением авторов, позволим себе не согласиться в части. На наш взгляд, все-таки воспитательная работа должна быть функцией специализированных учреждений. Естественно, при вынесении обвинительного заключения следователем и привлечении лица в качестве обвиняемого, в особенности если это выносится на всеобщее обсуждение через средства массовой информации, является воспитательной и в какой-то степени даже, карательной функцией, однако, это зависит от конкретного лица и его отношения к содеянному. Более никаких мер подобного характера следователь применять «не в силах».

С точки зрения В.В. Шимановского, Р.Д. Рахунова и П.С. Элькинд, они решают вопрос о процессуальных функциях, усматривая в деятельности следователя осуществление одной основной функции — функции расследования. Сторонники этого мнения, полагают, что расщепление единой по своему характеру и сущности процессуальной деятельности следователя по производству расследования уголовных дел на целый ряд самостоятельных функций, присущих в основном другим участникам процесса, является искусственным. Наименование процессуальной функции следователя, включающей в себя различные стороны его деятельности по расследованию уголовных дел, не может совпадать, как иногда полагают, с наименованием какой-либо определенной стадии уголовного процесса, ибо осуществление этой функции следователем распространяется на весь досудебный этап движения уголовного дела либо охватывает лишь определенный период в стадиях возбуждения уголовного дела или предварительного следствия.

Интересным представляется исследование А.М. Ларина, который отмечает, что наделив следователя следующими функциями, сообразно целям в уголовно-процессуальной деятельности: исследования обстоятельств дела, уголовное преследование, защита, устранение и возмещение вреда, возражения против гражданского иска, обеспечение прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, предупреждение преступлений, процессуальное руководство и разрешение дела. Вышеперечисленные функции автор выделил, исходя из данного им определения процессуальным функциям: «процессуальные функции — это виды (компоненты, части) уголовно-процессуальной деятельности которые различаются по особым непосредственным целям, достигаемым в итоге производства по делу».

Здесь следует отметить, что, по мнению В.И. Нажимова, уголовно-процессуальная деятельность складывается из различных составных частей. Данный поход представляется нам интересным. Однако частями (этапами) процесса автор предлагает называть стадии процесса. В силу чего автор предлагает уточнение. Поскольку имеются такие компоненты уголовно-процессуальной деятельности, которые свойственны всем стадиям уголовного процесса, необходимо уголовно-процессуальные функции рассматривать в качестве важнейших видов уголовно-процессуальной деятельности, различающихся по своей направленности, то есть по ближайшей цели, на достижение которой направлен данный вид деятельности. По мнению автора, движение уголовного дела, развитие уголовного процесса обусловлено «борьбой» обвинения и защиты, иными словами, двух диалектически противоположных по своей направленности видов уголовно-процессуальной деятельности. Для подведения итогов этой «борьбы» и принятия соответствующих решений автор полагает, что нужен третий вид уголовно-процессуальной деятельности — разрешение дела. Вышеуказанное позволяет сделать вывод, что в уголовном процессе и в деятельности следователя существуют три вида уголовно-процессуальных функций: а) обвинение (уголовное преследование); б) защита и в) разрешение дела. Выполнение соединенных функций обвинения и защиты одним лицом возможно лишь при строгом соблюдении двух обязательных условий.

Во-первых, такому лицу должна быть предоставлена полная свобода предстоящего выбора по внутреннему убеждению с учетом конкретных обстоятельств дела, которые он должен установить и оценить.

Во-вторых, необходимо, чтобы психологически это лицо не было заранее связано уже сделанными выводами, занятой по делу позицией.

Таким образом, уголовно-процессуальные функции, вытекая из задач уголовного судопроизводства, самостоятельно закреплены в уголовно-процессуальном праве. Одни из них отражены в законе прямо, как например, функции рассмотрения сообщений о преступлении и обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, другие же через конкретные институты, такие как функция обвинения, о чем мы говорили ранее. Следовательно, процессуальные функции являются не только теоретической, но и правовой категорией. Процессуальные функции, являясь связующим звеном между задачами и правовым положением участника процесса, предопределяют, в частности, процессуальное положение следователя, его права и обязанности, конкретизируясь в отдельных правовых институтах и нормах.

Исследование института функционального предназначения деятельности следователя, как основных направлений его деятельности позволяет наиболее полно представить роль следователя в выполнении задач уголовного судопроизводства, а также правильно понять и применять каждый правовой институт и каждую норму, регулирующую его деятельность. Таким образом, следует согласиться с таким определением процессуальных функций следователя, как направления, виды, компоненты, части его уголовно-процессуальной деятельности, обусловленные задачами уголовного судопроизводства.

По мнению А.П. Гуськова, такой подход позволяет обоснованно выделить вид процессуальной деятельности в качестве специфического направления и вместе с тем с необходимой полнотой определить все виды деятельности. Функцию обвинения, по мнению автора, можно определить как совокупность процессуальных действий, направленных на то, чтобы изобличить в совершении преступления лицо, привлеченное в качестве обвиняемого, обеспечить применение к нему мер заслуженного наказания, либо как деятельность, направленную на изобличение и осуждение виновного в совершении преступления. Не стоит отрицать, что существует специальный институт, призванный материализовывать вывод следователя о наличии достаточных доказательств для обвинения лица в совершении преступления. Одной из процессуальных функций следователя автор называет — пресечение преступлений и принятие мер к устранению обстоятельств, способствующих совершению преступлений. По мнению А.П. Гуськова, эта функция вытекает из общей цели уголовного судопроизводства — способствовать предупреждению и искоренению преступности. Одним из способов реализации данного направления является розыск обвиняемого. Эта функция достаточно четко выражена в уголовно-процессуальном законодательстве: при отсутствии информации о месте нахождения обвиняемого, следователь принимает необходимые меры к его розыску. Суммируя изложенное, а также учитывая изложенные мнения, можно обозначить, что следователь осуществляет следующие процессуальные функции: рассмотрение заявлений и сообщений о преступлении; исследование обстоятельств дела; ограждение граждан от неосновательного обвинения в совершении преступления; обвинение в совершении преступления; обеспечение возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, и исполнения приговора в части конфискации имущества; пресечение преступлений и принятие мер к устранению обстоятельств, способствующих совершению преступления; розыск обвиняемого (обвиняемых), место нахождения которых неизвестно; разрешение уголовных дел.

Таким образом, функциональное назначение деятельности следователя является своеобразным связующим звеном между задачами судопроизводства и правовым положением следователя.

Следовательно, в ходе исследования к процессуальным функциям мы отнесли такие виды процессуальной деятельности, от которых зависят возникновение, движение и разрешение уголовного дела. В ходе проведенного анализа, установлено, что уголовно-процессуальная функция следователя является расследование, в котором ведущими направлениями служат уголовное преследование, трансформируемое в обвинение после вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого, а также защита прав и свобод участников предварительного следствия.

Глава 2. СУЩНОСТЬ И СТРУКТУРА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СЛЕДОВАТЕЛЯ В СОСТЯЗАТЕЛЬНОМ УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

.1 Процессуальная самостоятельность следователя при принятии решений и производстве следственных и иных процессуальных действий

Необходимым элементом в нормативном выражении правового статуса следователя как должностного лица, на которого возложена обязанность осуществления уголовного преследования, является его процессуальная самостоятельность и независимость.

В юридической литературе высказаны суждения об отнесении к основополагающим руководящим началам, имеющий нормативно-правовой характер в уголовном судопроизводстве принцип процессуальной самостоятельности следователя, закрепленный в ст. 38 УПК РФ. Тем самым подчеркивается определенная значимость данного принципа для дальнейшего укрепления законности и улучшения всей следственной работы.

Процессуальная самостоятельность следователя — положение уголовно-процессуального законодательства, согласно которому следователь самостоятельно принимает все решения о направлении следствия и производстве следственных действий (за исключением случаев, когда законом предусмотрено разрешение суда) и несет полную ответственность за их законное и своевременное проведение. На сегодня, как бы закон не наделил следователя процессуальной самостоятельностью, правом вмешательства в процессуальную деятельность следователя обладают прокурор и руководитель следственного отдела путем дачи ему письменных указаний о производстве следствия. В то же время следователю предоставлено право отстаивать свое мнение об основных решениях, принимаемых по делу (ч.3 ст.38 УПК РФ), и при этом высказывать свои возражения.

Как ранее отмечалось, следователь осуществляет государственно-правовую функцию расследования преступлений. Для ее понимания, осуществления и совершенствования важно исследование сущности принципа процессуальной самостоятельности следователя как субъекта расследования. Следователь является основным субъектом расследования потому, что он самостоятельно производит основное количество следственных и иных процессуальных действий.

При реализации следователем полномочий, обусловливающих его

процессуальную самостоятельность, он в любом случае не должен нарушать

предписания закона, а также правомерные требования иных участников

уголовного судопроизводства.

Здесь следует отметить, что законодательством установлены пределы процессуальной самостоятельности следователя, обеспечивающие исполнение следователем письменных указаний руководителя следственного органа, которые были даны в пределах имеющихся у них полномочий.

В таком случае, на наш взгляд, справедливо будет отметить, что при производстве процессуальных действий или принятии процессуальных решений следователем по письменному указанию прокурора, ответственность за законность и обоснованность этого действия (решения) должен нести не только следователь, но и прокурор. Одновременно за следователем остается право обжаловать данные письменные указания вышестоящему прокурору.

На сегодня авторы многочисленных исследований в области применения процессуальной самостоятельности выделяют следующие элементы:

) свобода выбора путей решения задач уголовного судопроизводства по усмотрению следователя, основанному на свободной оценке доказательств, с учетом сложившихся условий досудебного производства;

) возможность следователя отстаивать свое мнение, складывающееся в ходе досудебного производства;

) процессуальная активность следователя;

) гарантии законности, обоснованности и своевременности принимаемых следователем процессуальных решений и проводимых действий;

) ведомственный контроль, прокурорский надзор и судебный контроль за законностью принимаемых следователем решений и проводимых действий;

) личная ответственность следователя за законность, обоснованность и своевременность принятых решений и произведенных действий.

Что касается понятия «под усмотрением следователя», то здесь следует понимать выбранный следователем в пределах своих полномочий из ряда законных альтернатив вариант процессуального поведения, отвечающий условиям досудебного производства.

А.Р. Вартановым предлагается создать такую законодательную конструкцию, при которой устанавливается определенное пространство для применения усмотрения следователя, обеспечивающего возможность самостоятельного принятия решений, с их проверкой посредством ведомственного контроля, прокурорского надзора или судебного контроля на предмет соответствия закону. Для обеспечения реальной процессуальной самостоятельности следователя необходимо, чтобы каждый из участников досудебного производства выполнял свою функцию: следователь — уголовное преследование, руководитель следственного органа — ведомственный контроль и руководство деятельностью следователя, прокурор — прокурорский надзор, а суд (судья) — судебный контроль.

Автор отмечает, что действующий УПК РФ не гарантирует процессуальной самостоятельности следователя в правоотношениях, которые могут складываться между ним и руководителем следственного органа в проблемных ситуациях при расследовании уголовного дела. Вартанов А.Р. предлагает восполнить пробел посредством дополнения ч. 3 ст. 39 УПК РФ следующими требованием: «Руководитель вышестоящего следственного органа, рассмотрев жалобу и возражение следователя, в течение 5 суток с момента их поступления своим мотивированным постановлением отменяет указание руководителя следственного органа либо поручает производство следствия другому следователю. В случае необходимости производства предварительного следствия по данному делу может быть поручено непосредственно нижестоящему руководителю следственного органа».

Итак, принцип процессуальной самостоятельности означает, что следователь принимает решения и действует по своему внутреннему убеждению и несет полную ответственность за расследование уголовного дела. Из этого следует, что решения должны изначально приниматься следователем самостоятельно даже тогда, когда требуется согласие прокурора или разрешение суда для придания им юридической силы. Это позволит следователю реализовать свое внутреннее убеждение в полной мере, что обеспечит ему возможность не только принимать решения, соответствующие его внутреннему убеждению, но и не принимать иного, противоречащего его убеждению решения.

Однако, процессуальная самостоятельность следователя проявляется не только в том, что он имеет возможность осуществлять процессуальные действия и принимать процессуальные решения, но и в его взаимодействии с иными органами и должностными лицами уголовного судопроизводства.

Процессуальное положение следователя в условиях современного уголовного судопроизводства позволяет ему осуществлять свою процессуальную деятельность самостоятельно и независимо от иных субъектов уголовного процесса, конечно, за исключением случаев, когда на его процессуальные действия должно быть получено согласие суда или руководителя следственного органа.

Процессуальная самостоятельность заключается в праве следователя оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, возможности самостоятельно принимать решения по уголовному делу, исключающей какое-либо воздействие при производстве расследования по уголовному делу. Процессуальная самостоятельность следователя тесно связана с вопросом его ответственности.

Следователь должен нести ответственность за ход и результаты расследования и установление ее в УПК РФ будет способствовать строгому и точному соблюдению правовых предписаний.

Обеспечение процессуальной самостоятельности является важным условием надлежащего обеспечения прав и интересов личности при производстве предварительного следствия и нуждается в законодательном закреплении как один из принципов уголовного судопроизводства. Также этому могут способствовать предложения по изменению и дополнению в УПК РФ, исключающие согласие прокурора на возбуждение следователем уголовного дела (ст.ст. 20, 146), на внесение ходатайства о проведении следственного действия в суд (ст. 165), на соединение уголовных дел (ст. 153), выделение материалов в отдельное производство (ст. 154); закрепляющие право обращения следователя с ходатайством в вышестоящий суд в случае отказа судьи в производстве следственного действия, на участие в судебном заседании при проверке законности произведенного следственного действия (ст. 165), рассмотрении жалобы на его действия и решения (ст. 125).

Как уже не раз отмечалось, гарантией процессуальной самостоятельности следователя является право представления возражений на указания руководителя следственного органа в случае несогласия с ними.

Д.А. Волков считает, что этот правовой механизм практически не работает. Автор предлагает внести дополнение в ч. 3 ст. 38 УПК РФ, устанавливающее право представления следователем возражений вышестоящему прокурору в случае несогласия с решением о передаче уголовного дела от одного следователя другому, об отмене постановления о прекращении уголовного дела. Кроме того, наделение следователя правом обжалования в суд некоторых решений прокурора (ч.4 ст.38 УПК РФ).

Исходя из того, что деятельность следователя призвана в целом, обеспечить разрешение дела по существу, осуществление правосудия, он должен быть подконтролен суду.

Изменение уголовно-процессуального законодательства в части правового регулирования взаимодействия следователя и руководителя следственного органа, приведшее к глобальному расширению властных полномочий последнего в сочетании с его административными и дисциплинарными возможностями, по мнению А.В. Бабич, поставило следователя в положение лица, практически полностью утратившего самостоятельность во взаимоотношениях с руководителем следственного органа.

) дача им следователю обязательных для исполнения указаний с установлением возможности их обжалования лишь в порядке подчиненности;

) отсутствие в ч. 3 ст. 39 УПК РФ определенного правового механизма рассмотрения руководителем вышестоящего следственного органа жалобы следователя на указания его непосредственного начальника, отсутствие срока рассмотрения жалобы;

) право руководителя следственного органа отстранять следователя от дальнейшего производства расследования;

) нечеткая правовая регламентация полномочий по проверке уголовных дел, находящихся в производстве у следователя.

Отсюда следует, что реальное обеспечение процессуальной самостоятельности и независимости следователя требует внесения в УПК РФ ряда изменений и, прежде всего, направленных на совершенствование правового механизма рассмотрения руководителем вышестоящего следственного органа жалобы следователя на указания его непосредственного начальника. Кроме того, необходимы изменения, касающиеся процедуры отстранения следователя от дальнейшего производства расследования в связи с допущенными им нарушениями закона. По мнению автора, у следователя должно быть право на обжалование такого решения вышестоящему руководителю следственного органа. Однако подача следователем жалобы не должно приостанавливать исполнения решения руководителя следственного органа об отстранении следователя, так как сущность данного решения иная, чем решения об изъятии у следователя уголовного дела и передачи его другому следователю. Обжалование последнего решения приостанавливает его исполнение.

Как отмечает А.В. Бабич, для реализации следователем в полном объеме его процессуальной независимости необходимо установить ответственность руководителей следственных органов за незаконные (необоснованные) указания, данные ими по уголовным делам, в случае их отмены вышестоящим руководителем. В подобных случаях целесообразно отстранение руководителя следственного органа от дальнейшего участия в производстве по данному делу.

Кроме того, автор предлагает наделить следователя правом обжаловать указания своего непосредственного начальника не только вышестоящему руководителю следственного органа, но и в суд в порядке ст. 125 УПК РФ.

Таким образом, главным вопросом, подлежащим решению при анализировании эффективности реализации следователем процессуальной самостоятельности в условиях осуществления судебного контроля на досудебных стадиях процесса, остается вопрос о влиянии контрольной деятельности суда на внутреннее убеждение следователя.

.2 Проблемы обеспечения процессуальной самостоятельности следователя на заключительном этапе предварительного следствия

Исследуя пределы процессуальной самостоятельности следователя, видится целесообразным выделить общие правила производства процессуальных действий и выработать предложения по оптимальному их формулированию.

Несомненный интерес для проблематики нашего исследования представляет разграничение понятий «процессуальные действия» и «следственные действия». Под следственными действиями И.М. Лузгин понимает способ собирания, исследования и оценки доказательств. Ученый подразделяет их на две группы: «действия, содержанием которых является главным образом обнаружение, исследование и оценка доказательств» и «действия, содержанием которых является управление процессом расследования, определение его пределов, сроков и порядка проведения».

Ряд процессуалистов понимают под следственными, лишь те действия, которые направлены на обнаружение, закрепление и проверку доказательств. К примеру, И.Е. Быховский определяет следственное действие как «вид познавательной деятельности следователя и иных управомоченных законом лиц, осуществляемой в стадии предварительного расследования и при расследовании вновь раскрывшихся обстоятельств на основании и в соответствии с регламентированным законом порядком обнаружения, исследования, фиксации и изъятия доказательств».

В свою очередь С.А. Шейфер считает, что законодатель использует рассматриваемое понятие в широком и узком смысле. В первом случае — это «все процессуально значимые акты следователя». Во втором — это «действия, именуемые обычно собиранием доказательств». Б.С. Тетерин и Е.З. Трошкин выделяют три группы следственных действий:

) «по обнаружению, закреплению, проверке и оценке доказательств»;

) «по признанию лиц участниками процесса»;

) «направленные на пресечение преступления, обеспечение привлечения к ответственности виновных лиц».

По нашему мнению, данные определения, несомненно, играют важную роль в формировании понятия «следственные действия». Вместе с тем в большинстве из них в данное понятие включаются не только лишь следственные, но и иные процессуальные действия, а также процессуальные решения.

Весьма полное определение следственных действий предложили А.А.Чувилев и Т.Н. Добровольская. По мнению авторов, под ними следует понимать «группу уголовно-процессуальных действий, являющихся основными средствами установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела и характеризующихся самостоятельной и детальной процедурой производства».

Вместе с тем заметим, что указание на следственные действия как на средство установления обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, является категорией, определяющей значение данных действий, но не раскрывающей их содержания.

Согласно п. 32 ст. 5 УПК РФ к разряду процессуальных относятся следственные, судебные или иные действия, предусмотренные настоящим Кодексом. Таким образом, данным термином охватываются любые действия при условии их регламентации нормами именно уголовно-процессуального права. Определения следственных действий в УПК РФ не содержится, хотя данный термин встречается в большом количестве уголовно-процессуальных норм. В ряде случаев встречается и сочетание «следственные и иные процессуальные действия». Из сопоставления указанных норм следует вывод, что данные понятия идентичными не являются, хотя и находятся по отношению друг к другу в определенной взаимосвязи.

Так, ключевыми словами в понятии «процессуальные действия» является то, что они производятся в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством. Правило же, наиболее полно характеризующее следственное действие, гласит о том, что это — основной способ собирания доказательств (ч. 1 ст. 86 УПК РФ).

Иными словами, следственные действия характеризуются тем, что они приоритетно направлены на исследование доказательств, т.е. на их собирание и проверку.

Процессуальная самостоятельность следователя, как уже упоминалось выше, не является безграничной. Ряд решений и действий следователя требуют получения судебного решения. При этом следователь на основе имеющихся в уголовном деле доказательств формулирует вывод о целесообразности производства того либо иного следственного или иного процессуального действия, применения ряда мер процессуального принуждения, после чего доводит свое предложение до сведения государственных органов и должностных лиц, наделенных соответствующими полномочиями.

В настоящее время, как и по ранее действовавшему УПК РСФСР, эта деятельность следователя протекает в форме заявления ходатайств.

В главе 15 УПК РФ закреплен порядок подачи заявлений, рассмотрения и разрешения ходатайств лишь таких участников уголовного судопроизводства, как подозреваемый, обвиняемый, его защитник, потерпевший, его законный представитель, и представитель, частный обвинитель, эксперт, а также гражданский истец, гражданский ответчик, их представители (ч. 1 ст. 119 УПК РФ).

Вместе с тем непосредственно в тексте УПК РФ речь о ходатайствах, заявляемых следователем, идет во многих его статьях. Так, из содержания п. 5 ч. 2 ст. 37 УПК РФ вытекает, что следователь обращается в суд с ходатайством об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения. В ст. 108 УПК РФ, устанавливающей порядок заключения лица под стражу, установлено право следователя на обращение в суд с соответствующим ходатайством. Аналогичная процедура используется при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, а также при разрешении вопроса о продлении срока содержания под стражей. Статья 165 УПК РФ, устанавливающая судебный порядок получения разрешения на производство следственного действия, детально регламентирует порядок обращения следователя с соответствующим ходатайством в суд.

Проблема заявления следователем ходатайств имеет несколько составляющих:

) применение при заявлении ходатайства следователем своих государственно-властных полномочий;

) правоотношения, возникающие между следователем и прокурором, получившим ходатайство для его согласования;

) правоотношения, возникающие между следователем и судьей, которому ходатайство поступило для рассмотрения и разрешения. Представляется, что каждый из указанных выше аспектов связан с вопросом о процессуальной самостоятельности следователя, так как все участники правоотношений должны осуществлять свои полномочия в строгом соответствии с законом и реальной необходимостью.

Исследование правовой природы и нормативного выражения ходатайства позволяет обосновать вывод, что ходатайство обладает следующими признаками:

) оно заявляется в официальном порядке;

) оно предъявляется тому лицу, в полномочия которого входит его разрешение;

) ходатайство представляет собой просьбу, то есть желание, чтобы по нему было принято конкретное решение;

) ходатайство вызывает обязанность органа или должностного лица, к которому оно поступило, рассмотреть и разрешить его в установленном законом порядке.

А.М. Багмет упоминает, что обжалование действий должностных лиц — это конституционное право граждан. Однако, как справедливо отмечает автор, в научных работах чаще публикуются труды отдельных ученых, которые, не владея объективными статистическими данными, утверждают, что вследствие проведенной реформы органов прокуратуры и выделения из их состава Следственного комитета Российской Федерации (далее — СК России) в самостоятельный следственный орган, уровню законности угрожает опасность. В результате под давлением подобных идей Федеральным законом от 28.12.2010 № 404-ФЗ в уголовно-процессуальное законодательство оказалась возвращена правовая норма (п. 5.1 ст. 37 УПК РФ), предоставляющая прокурорам право отменять вынесенные следователями или руководителями следственных органов постановления об отказе в возбуждении, приостановлении или прекращении уголовного дела.

Особо следует подчеркнуть, что до внесения вышеуказанных изменений прокурор, как известно, не имел право отменять решения об отказе в возбуждении уголовного дела, о приостановлении или прекращении уголовного дела, а был вправе в соответствии с п. 3 ст. 37 УПК РФ (в ред. от 05.06.2007) в ходе досудебного производства по уголовному делу требовать от следственных органов устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе дознания или предварительного следствия. Таким образом, в случае несогласия с принятым процессуальным решением прокурор не мог собственноручно его отменить, а должен был внести соответствующее требование руководителю следственного или вышестоящего следственного органа.

В этой связи А.М. Багмет рассматривает конкретный, интересный для нас, пример значимости выявляемых прокурорами якобы многочисленных нарушений законности при принятии процессуальных решений об отказе в возбуждении уголовного дела.

Итак, А.М. Багмет рассказывает, что «руководством следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации (далее — СКП России) по городу Москве в первом полугодии 2010 г. было изучено порядка 200 материалов проверок сообщений о преступлениях, проведенных в порядке ст. ст. 144 — 145 УПК РФ, по которым руководителями районных (межрайонных) следственных отделов были удовлетворены требования прокуроров об отмене незаконных и необоснованных, по их мнению, постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела. Изучение сотрудниками аппарата следственного управления данных материалов в порядке осуществления ведомственного процессуального контроля показало, что три четверти решений об отказе в возбуждении уголовного дела (более чем по 160 материалам) отменены для проведения дополнительных проверок безосновательно. Следователи на основании собранных материалов в соответствии с законом вынесли вполне обоснованные и мотивированные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела. Требования прокуроров об отмене данных процессуальных решений, как правило, обосновывались необходимостью провести дополнительные опросы тех или иных лиц, объяснения которых не могут повлиять на законность принятого решения, то есть попросту увеличить объем проверочных материалов. Проанализировав материалы с отмененными процессуальными решениями, руководителем следственного управления в порядке процессуального контроля было отменено 165 постановлений руководителей следственных подразделений об отмене постановлений следователей об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенных на основании требований прокуроров. Первоначальные решения следователей были признаны законными, а в удовлетворении требований районных (межрайонных) прокуроров г. Москвы об отмене постановлений следователей было отказано. При этом следует отдельно подчеркнуть, что до изучения данных материалов проверок аппаратом следственного управления следователями были повторно вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела». Здесь же автор отмечает, что вместо того, чтобы «лично вникнуть в причины принятых решений, разобраться по существу с каждым материалом проверки (почему в массовом порядке отменялись законные процессуальные решения об отказе в возбуждении уголовного дела при отсутствии оснований и поводов к возбуждению уголовных дел по фактам, изложенным в проверенных сообщениях), Генеральная прокуратура РФ, в лице заместителя Генерального прокурора РФ В.Я. Гриня, на заседании коллегии СКП России заявила: «Видимо, желая представить в вышестоящий орган эталонный отчет, руководитель следственного управления по городу Москве внедрил в практику отмены постановлений подчиненных, которыми, в свою очередь, отменялись незаконные постановления следователей об отказе в возбуждении уголовного дела. Подобные усилия по вычищению отчетов были предприняты по 200 материалам, по 165 из которых ранее удовлетворены соответствующие требования прокуроров. В результате такого «ноу-хау» создан опасный прецедент, и нельзя допустить, чтобы эти манипуляции получили дальнейшее развитие».

В результате, «Генеральная прокуратура РФ не привела ни одного примера, по какому же материалу руководитель следственного управления допустил нарушение закона. Согласно п. 7 ст. 39 УПК РФ руководитель следственного органа вправе отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего руководителя следственного органа в установленном порядке».

В очередной раз особо следует отметить, что несмотря на все многообразие авторских пониманий процессуальной самостоятельности следователя, уголовно — процессуальное законодательство в настоящее время не содержит законодательного определения процессуальной самостоятельности, ограничиваясь всего лишь одной нормой, упоминающей о самостоятельности следователя. Так, единственное упоминание о самостоятельном характере деятельности следователя при производстве им предварительного расследования содержит норма п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ.

Однако, как справедливо отмечается А.А. Мухиддиновым, в этой же норме Уголовно-процессуального кодекса самостоятельность следователя ограничивается требованиями закона о получении судебного решения и согласия руководителя следственного органа при производстве определенных следственных действий. Автор отмечает, что анализ уголовно-процессуальных норм позволяет предположить о достаточно расширенных полномочиях руководителя следственного органа, который своими полномочиями оказывает влияние на ход следствия и направляет его в нужное ему русло, при этом следователь противопоставить ничего не сможет. Здесь автор приводит пример, когда руководителем следственного органа отменяется незаконное и необоснованное постановление следователя, здесь можно убедиться, что УПК РФ не предусматривает права следователя на обжалование такого решения руководителя следственного органа.

При этом, прекращением уголовного дела (уголовного преследования) завершается уголовное преследование, осуществляемое следователем на стадии расследования преступления.

Представляется, что прекращение уголовного дела и уголовного преследования, напротив, в определенной мере устраняет вред, причиненный необоснованным возбуждением уголовного дела, задержанием лица в качестве подозреваемого, привлечением в качестве обвиняемого, и может быть следствием того, что следователю удалось установить, что преступления в действительности не было либо оно было совершено другим лицом, выявить иные данные о совершении преступления, требующие прекращения уголовного дела. Однако, нельзя не учитывать и того обстоятельства, что на момент возбуждения уголовного дела невозможно предвидеть наличие обстоятельств, исключающих производство по делу. В некоторых случаях они устанавливаются в результате расследования. Поэтому правильным является мнение о том, что сведения об уголовных делах, прекращенных в установленном законом порядке, не должны являться показателями отрицательной работы органов предварительного расследования.

Процессуальная самостоятельность следователя при прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования имеет место не при всех основаниях. Думается, что в отмене незаконного и необоснованного постановления следователя о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) нет нарушения его процессуальной самостоятельности.

При завершении предварительного следствия существует проблема двойного контроля руководителя следственного органа и прокурора. Как уже отмечалось, согласно п. 11 ч. 1 ст. 39 и п. 2 ч. 1 ст. 221 УПК РФ руководитель следственного органа и прокурор наделены полномочием на возвращение уголовного дела следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования. В итоге разные позиции руководителя следственного органа и прокурора могут быть причиной затягивания принятия решения о направлении уголовного дела в суд, либо отказа в этом, ущемлять процессуальную самостоятельность следователя.

Согласно ст. 215 УПК РФ, следователь, признав, что все следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения, уведомляет об этом обвиняемого и разъясняет ему предусмотренное ст. 217 УПК РФ право на ознакомление со всеми материалами уголовного дела как лично, так и с помощью защитника, законного представителя, о чем составляется протокол в соответствии со ст. 166 и 167 УПК РФ. Таким образом, составлением обвинительного заключения завершается уголовное преследование, осуществляемое следователем на стадии расследования преступления.

Процессуальное решение следователя, как было указано ранее, — это одна из форм его процессуальной деятельности, выражением которой является правовой акт, в котором следователь в виде государственно-властного веления в пределах своей компетенции и в соответствии с уголовно-процессуальным законом на основе установленных по делу фактических данных дает ответы на возникающие по делу правовые вопросы, представляющие собой выводы о выполнении (невыполнении) конкретных процессуальных действий.

Учитывая изложенное, можно сформулировать следующее определение обвинительного заключения: обвинительное заключение представляет правовой акт, вынесенный следователем, окончательно разрешающий на стадии предварительного расследования вопрос о виновности лица и выражающий государственно-властное веление о наличии оснований для передачи дела в суд.

Итак, окончание предварительного следствия — это заключительный этап стадии предварительного расследования, содержанием которого является совокупность процессуальных действий и соответствующих правоотношений, направленных на проверку полноты, всесторонности и объективности собранных по делу материалов, формулирование и обоснование выводов предварительного расследования, реализацию прав и законных интересов участников процесса, на проверку выводов следствия методами прокурорского надзора и определение дальнейшего движения уголовного дела.

Обвинительное заключение представляет правовой акт, вынесенный следователем, окончательно разрешающий на стадии предварительного расследования вопрос о виновности лица и выражающий государственно-властное веление о наличии оснований для передачи дела в суд.

В свою очередь, прекращение уголовного преследования представляет правомерную форму окончания предварительного расследования, при которой в полной мере реализуются задачи уголовного судопроизводства.

следователь уголовный процесс процессуальный

2.3 Полномочия следователя в состязательном уголовном процессе

Вопросам о состязательном принципе российского уголовного судопроизводства посвящено множество исследований ученых — процессуалистов. Однако, следует отметить, что несмотря на столь углубленное изучение, данная тема по-прежнему остается актуальной в юридической науке.

А.А. Давлетов справедливо отмечает, что многочисленные изменения, внесенные в УПК РФ за десять лет его действия, не затронули положений, касающихся состязательности уголовного процесса на судебных и досудебных стадиях. Следует согласиться с мнением автора, который говорит о том, что все это время современное уголовное судопроизводство России совершенствуется в состязательном направлении.

Н.А.Лукичев отмечает: «Принцип состязательности утвердился в стадии предварительного расследования. В данной стадии он расширил возможности по отстаиванию законных интересов подозреваемого и обвиняемого. Гражданин с целью опровержения подозрения или смягчения ответственности за него может воспользоваться услугами защитника».

По мнению Т.Т.Алиева, Н.А.Громова и Л.М.Зейналова: «в УПК РФ состязательность находит свое развитие в расширении прав обвиняемого (ст. 47) и подозреваемого (ст. 46), модернизации правового статуса защитника (ст. ст. 49-53)».

В.3. Лукашевич и А.Б.Чичканов, в свою очередь, отмечают, что УПК РФ предоставил право участникам процесса «обжаловать в суд любые действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя и прокурора, которые способны причинить ущерб их конституционным правам и свободам либо затруднить доступ граждан к правосудию (ч. 1 ст. 125)».

В данном аспекте следует рассмотреть точку зрения Ю.В. Деришева, который отмечает, что с принятием УПК РФ 2001 г., принцип состязательности применяется в досудебном производстве по уголовным делам. Автор отмечает также, что если рассматривать данный принцип, как полное разделение трех процессуальных функций: обвинения, защиты и юстиции; а также наличие равных процессуальных возможностей сторон, то в таком случае, состязательность способствовала существенному трансформированию прав и процессуальных возможностей сторон, в том числе появились элементы «параллельного производства»; значительно повышена роль суда по контролю за производством предварительного расследования и разрешением возникающих между сторонами споров и т.п.

Рассмотрение вышеуказанных точек зрения позволило нам предположить, что следует признать, несмотря на введенные новеллы, уголовно — процессуальное законодательство осталось неизменным в данной области.

На сегодня уголовно — процессуальное законодательство четко определило и наделило широким спектром прав и возможностей подозреваемого (обвиняемого) на стадии предварительного расследования по уголовному делу. Однако, следует отметить, что и у стороны обвинения — следователя имеются возможности, которые на сегодня не широко применяются на практике. Результативность расследования преступлений определяется и широким использованием современных научно-технических средств. Здесь актуально будет рассмотреть один из способов получения информации — допрос или опрос с использованием полиграфа.

Одним из технических средств, успешно используемых в ряде регионов России (Краснодарский край, Саратовская, Тульская, Ульяновская, Воронежская, Владимирская области и др.) при расследовании насильственных преступлений, является полиграф.

Применение полиграфа не запрещено уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации, следовательно, подозреваемый, обвиняемый и подсудимый могут ходатайствовать об опросе их с помощью полиграфа (далее ОИП), как средстве защиты. Кроме того, статья 189 УПК РФ об общих правилах допроса предусматривает в части 4 возможность применения в ходе допроса по инициативе допрашиваемого фотографирования, аудио и/или видеозаписи, киносъемки, материалы которых хранятся при уголовном деле. Перечисленные в статье 189 УПК РФ, технические средства являются средствами объективной фиксации информации (визуальной, звуковой, комбинированной).

Таким же объективным средством фиксации информации об изменениях эмоционального состояния допрашиваемого является и полиграф.

Как следует из сказанного, для применения полиграфа в уголовном процессе нет правовых запретов. Данное исследование может применяться как по инициативе следователя, так и по ходатайству подозреваемого, обвиняемого, их защитника. В любых случаях проведение ОИП должно носить добровольный характер, подозреваемый (обвиняемый) имеет право отказаться от ОИП на основании статьи 46 (п.2 ч.3) или статьи 47 (п.3 ч.4), предоставляющих им право отказаться давать показания.

Б.Г. Голубицкий справедливо отмечает, что с этических позиций применение ОИП не унижает ни чести, ни достоинства лица, не создает опасности для его жизни и здоровья.

В.А. Семенцов в своих исследованиях говорит о необходимости закрепления в главе 26 УПК РФ нового комплексного следственного действия — проверка показаний на полиграфе, автором дана предполагаемая регламентация его производства.

Автор отмечает, что новое следственное действие — проверка показаний на полиграфе должно быть допустимо по результатам не только допроса, но и очной ставки, предъявления для опознания и проверки показаний на месте в целях выявления ложности данных при их производстве показаний.

Требует обсуждения методически обусловленная невозможность принудительного обследования на полиграфе. В.А. Семенцов по этой причине предлагал проводить проверку показаний на полиграфе при наличии письменного согласия допрошенного лица.

Одним из наиболее глубоких и обстоятельных исследований возможностей использования полиграфа, в том числе в уголовном судопроизводстве, является монография Ю.И. Xолодного. В этой работе автор провел историко-юридический анализ применения полиграфа в целях профилактики, раскрытия и расследования преступлений, на разных этапах его развития и в разных странах (США, Великобритании, Канаде, Японии, Хорватии, Израиле, Польше, Румынии, КНР, Южной Корее, Индии и других странах).

Основное внимание уделено проблеме полиграфа в СССР и РФ. Монография основана на большом количестве литературных источников, содержит массу интересных сведений, в том числе и таких, которые до недавних пор составляли государственную и ведомственные (КГБ, ФСБ, МВД, ГРУ ГШ ВС) тайны.

Следовательно, основным в научно-техническом обосновании применения полиграфа является то, что большая часть приведенных характеристик может быть измерена и зафиксирована с его помощью. При этом учитывается, что большая часть этих характеристик, как психофизиологических реакций организма, не поддается чаще всего сознательному контролю со стороны испытуемого. Именно на этой научной основе базируется применение полиграфа в практике (и тактике) допроса — эмоциональное состояние человека выражается в физиологических функциях организма, а соответствующая им психофизиологическая информация может быть зафиксирована и объективно зарегистрирована с помощью полиграфа.

Характерной особенностью рассматриваемого принципа уголовного процесса является процессуальное положение суда по отношению к другим участникам процесса. Суд в данном случае, отделен от всех участников спора и является независимым и беспристрастным органом власти. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Что касается внедрения данного принципа в досудебную деятельность следователя, здесь В.П.Божьев отмечает: «Суд по действующему закону в ходе предварительного (досудебного) производства санкционирует проведение следователями, дознавателями ряда процессуальных действий (ч. 2 ст. 29 УПК РФ), рассматривает жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя, органа дознания, дознавателя (ч. 3 ст. 29 УПК РФ).

Но эти полномочия суда не являются процессуальными действиями по разрешению уголовного дела, хотя ими иногда пытаются обосновать наличие состязательности. Такие попытки — ошибочны, так как разрешить дела суд может только на судебных этапах уголовного процесса».

А.А. Давлетов отмечает, что увеличение правомочий подозреваемого (обвиняемого) на защиту в стадии предварительного расследования на первый взгляд действительно выглядит как проявление состязательности. Автор говорит, что в столкновении противоположных правовых интересов обвинения и защиты возможности последней в настоящее время заметно усилились. Подозреваемый (обвиняемый) и защитник сейчас располагают таким набором прав, которых в советское время не имелось. Однако, при этом следователь (дознаватель) как был процессуально независимым от данных участников, таковым и остается. «Защита перед ним не равноправный субъект, а проситель, ходатай, т.е. не сторона в правовом споре».

Итак, сущность уголовного судопроизводства не сводится к принципу состязательности. Это форма (способ построения) судопроизводства.

Для сравнения рассмотрим уголовно-процессуальный опыт республики Таджикистан.

Коррективы, внесенные в Уголовно-процессуальный кодекс Республики Таджикистан, хотя и были успешны в плане совершенствования судебно- правовой реформы, тем не менее, дали повод пересмотреть целый ряд теоретических разработок, обозначили новые проблемы, которые ранее не могли возникнуть в силу нормативных причин. Много концептуальных вопросов, в том числе связанных с организацией дознания и предварительного следствия, порядком его производства остаются еще нерешенными либо вызывают противоречивое толкование и внедрения их на практике. Современная модель предварительного следствия еще нуждается в совершенствовании как теоретическом, так и нормативном. «Совершенствование уголовно-процессуального законодательства Республики Таджикистан, осуществляемое в рамках Программы судебно-правовой реформы на период 2008-2015 годы, — как отметил Э. Рахмон, — в значительной степени направлены на реализацию гарантий прав личности», а также расширением в этой связи полномочий суда на досудебном производстве, особенно при разрешении вопросов, связанных с ограничением конституционных прав и свобод граждан.

«В статьях действующего Уголовно-процессуального кодекса Республики Таджикистан получили реальное развитие конституционные положения о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанностью государства. Так, действующий Уголовно-процессуальный кодекс Республики Таджикистан (ст. 35) установил исключительное право суда, в том числе на досудебных стадиях, принимать решения:

) произвести арест лица и заключить его под домашний арест;

) продлить срок ареста (заключения под стражу и домашнего ареста);

) о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы;

) о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц;

) о производстве обыска или выемки в жилище;

) о производстве выемки предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую законом тайну;

) обыск и выемку предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках;

) о наложении ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, разрешении на ее осмотр и выемку ее в учреждениях связи;

) о наложении ареста на имущество, включая денежные средства физических и юридических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях;

) о временном отстранении подозреваемого, обвиняемого от должности в соответствии со ст. 114 УПК РТ;

) о контроле и записи телефонных и иных переговоров.

Устанавливая в положениях УПК Республики Таджикистан судебный контроль за законностью и обоснованностью ходатайства следователя о производстве отдельных следственных действий, законодатель стремится к тому, чтобы максимально ограничить пределы произвольного усмотрения следственных органов в осуществлении определенных следственных действий без наличия к тому достаточных фактических и юридических оснований или вне действительных реальных целей их производства.

Таким образом, назначение процессуальной деятельности следователя — устанавливать факт преступления, подвергать уголовному преследованию лиц, их совершивших, для последующего судебного разбирательства.

Эффективное решение этих задач возможно лишь в том случае, если органы следствия и дознания действуют в условиях незамедлительности, с оперативно-розыскным сопровождением, с широкими правомочиями по применению мер процессуального принуждения и т.д. Состязательность эти условия не только не обеспечивает, но и во многом исключает. Поэтому именно розыскная (несостязательная) форма была и остается оптимальным способом организации предварительного расследования.

Однако, представляется, что в данном случае речь может идти не о произвольном усмотрении следователя, а об ограничении его процессуальной самостоятельности. На наш взгляд, следователь должен быть наделен большей самостоятельностью в принятии решений, в частности, по производству следственных действий, выполняемых с разрешения суда

По мнению А.А. Давлетова, и с ним невозможно не согласиться, задача обеспечения прав личности в досудебном производстве относится не к проблеме состязательности, а касается проблемы наделения субъектов кругом необходимых полномочий и беспрепятственной реализации данных прав.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Подводя итого проведенного исследования, прежде всего, стоит вспомнить, что сущность функционального назначения деятельности следователя в современном уголовном процессе основывается на том, что обвинение есть результат полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела. Формулирование законного, мотивированного и обоснованного обвинения обусловливает необходимость осуществления предшествующей ему деятельности по исследованию обстоятельств дела.

В ходе исследования мы определили, что на первоначальном этапе расследования уголовного дела, основная цель — направленность на всестороннее выяснение обстоятельств совершенного преступного деяния, по признакам которого возбуждено уголовное дело, установление лица, совершившего преступление, и оснований для предъявления обвинения.

Исходя из этого, процессуальная деятельность следователя на этом этапе носит исследовательский характер. В ходе предъявления обвинения, данная деятельность конкретизируется и приобретает четко выраженный обвинительный характер. Рассматривая мнения ученых процессуалистов, мы пришли к выводу, что посредством обвинения следователь осуществляет уголовное преследование, поэтому в целях обеспечения полного и всестороннего исследования обстоятельств по уголовному делу последующий этап расследования должен строиться на состязательных началах с представлением сторонам равных процессуальных возможностей по собиранию и исследованию доказательств.

В ходе проведенного исследования нами приведено обоснование того, что определение процессуальной самостоятельности следователя должно исходить из назначения уголовного судопроизводства, задач и целей, которые стоят перед следователем при производстве по уголовному делу. Как ранее нами отмечено, пи определении процессуальной самостоятельности следователя, следует учесть возможность отстаивания следователем своей позиции, своего мнения по расследуемому уголовному делу. Именно возможность обжалования следователем решений руководителя следственного органа, прокурора вышестоящим должностным лицам является гарантом его процессуальной самостоятельности.

В проведенном исследовании мы рассмотрели функциональное назначение деятельности через призму его процессуальных прав и обязанностей. Одним из уникальных признаков назначения деятельности следователя мы выделили процессуальную самостоятельность данного участника уголовного судопроизводства.

Таким образом, полномочия следователя определяются функциональным назначением его деятельности и в зависимости от направленности их правового воздействия разделяются на три группы:

а) полномочия, позволяющие следователю самостоятельно осуществлять деятельность по исследованию обстоятельств дела;

б) полномочия, определяющие следователя как самостоятельного участника уголовного судопроизводства со стороны обвинения по отношению к прокурору, руководителю следственного органа и суду;

в) полномочия, обеспечивающие независимость следователя от иных участников уголовного судопроизводства, отдельных граждан и должностных лиц государственных органов и органов местного самоуправления.

Среди многих проблем организации предварительного следствия и деятельности следователя, нами выделен вопрос о процессуальной самостоятельности и независимости следователя. Это обусловлено различными факторами, и в первую очередь принятием нового УПК РФ, введением предварительного судебного контроля наряду с существующими прокурорским надзором и контролем руководителя следственного органа, ограничением полномочий следователя по принятию некоторых процессуальных решений, что поставило под сомнение процессуальную самостоятельность и независимость следователя.

В качестве назначения уголовного судопроизводства в ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации определены защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Указанная норма охватывает все содержание деятельности органов и должностных лиц уголовного судопроизводства, нацеливает их на реализацию поставленных задач и одновременно на всемерную защиту личности от противоправного воздействия со стороны кого бы то ни было.

Раскрытию сущности и признаков деятельности следователя способствует разграничение таких понятий, как «процессуальная функция следователя» и «функциональное и процессуальное назначение деятельности следователя». Где «процессуальная функция следователя» — основное направление деятельности следователя на отдельном этапе расследования, обусловленное задачей данного этапа, а «функциональное назначение деятельности следователя» — органическое единство функций исследования обстоятельств дела и обвинения.

Процессуальное назначение деятельности следователя заключается в расследовании преступлений, которое включает в себя все направления следственной деятельности.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

[Электронный ресурс]//URL: https://urveda.ru/diplomnaya/sledovatel/

Нормативные правовые акты и акты судебных органов

1.Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12.12.1993 г. // Российская газета. 1993. 25 декабря.

.Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 № 174-ФЗ (в ред. от 30.03.2015) // СЗ РФ. 2001, № 52 (ч. 1).

(ст. 4921).

.Федеральный закон от 20 марта 2011 г. № 39-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // Российская газета. 2011. 25 марта.

.Федеральный закон от 28.12.2010 № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» (в ред. от 22.12.2014) // СЗ. 03.01.2011, № 1. (ст. 15).

Судебная практика

5.Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности положений ч.1 ст.47 и ч.2 ст.51 УПК РСФСР в связи с жалобой гражданина В.И. Маслова // Вестник Конституционного Суда РФ (ВКС).

2000. №5. С. 46.

.Постановление Конституционного Суда РФ от 25.10.2001 «По делу о проверке конституционности положений, содержащихся в статьях 47 и 51 Уголовно — процессуального кодекса РСФРСР и пункте 15 части второй статьи 16 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в связи с жалобами граждан А.П. Голомидова, В.Г. Кислицина и И.В. Москвичева» // Российская газета. 2001. 14 ноября.

.Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11 декабря 2006 г. № 82-О06-36 12. Кассац. дело № 22-91 // Судебный вестнике Чувашии. 2003. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».

Литература

[Электронный ресурс]//URL: https://urveda.ru/diplomnaya/sledovatel/

8.Алексеева Л.Б., Воскобшпова Л.А., Давыдов В.А., Лупинская П.А. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации. М.: Юристъ, 2004.

.Состязательность и равноправие сторон в уголовном судопроизводстве: учеб. пособие // Т. Т. Алиев, Н. А. Громов, и др. М., 2003.

.Бабич А.В. О понятии процессуальной самостоятельности следователя в российском уголовном процессе // Вестник Саратовской государственной академии права. Саратов: изд-во Саратовской государственной академии права, 2010. № 1 (71).

.Бабич А.В. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя как основа его статуса в уголовном судопроизводстве: автореф. дис…канд. юрид. наук, Саратов, 2012.

.Багмет А.М. Место и роль принципа процессуальной самостоятельности следователя в уголовном процессе // Российская юстиция. 2014. № 5.

.Безлепкин Б. Т. Краткое пособие для следователя и дознавателя. М., 2011.

.Белкин Р.С. Тактика допроса / Лившиц Е.М., Белкин Р.С. Тактика следственных действий. М., 1997.

.Производство следственных действий: учеб. пособие // Белозеров Ю.Н., Рябоконь В.В. М., 1990.

.Божьев В. П. Состязательность на предварительном следствии // Законность. 2004. № 1.

.Божьев В.П. О властных субъектах уголовного процесса в досудебном производстве // Российский следователь. 2009. № 15.

.Быков В. М., Жмурова Е. С. Следственные действия по Уголовно-процессуальному кодексу РФ // Правоведение. 2003. № 2 (247).

.Быков В. М. Процессуальные функции следователя в уголовном процессе России // Право и политика. 2012. № 6.

.Быховский И. Е., Лузгин И. М.Реконструкция как самостоятельное следственное действие // Правоведение. 1971. № 3.

.Вандышев В.В. Уголовный процесс. Конспект лекций. СПб, 2002.

.Ванин Д.В. Функциональное назначение деятельности следователя и его полномочия в состязательном уголовном процессе: автореф. дис…канд. юрид. наук. Саратов. 2003.

.Вартанов А. Р. Проблемы процессуальной самостоятельности следователя по УПК РФ: автореф. дисс…канд. юрид. наук. Краснодар, 2012.

.Влезько Д.А. Проблемы организационных функций начальника следственного отделения (отдела) в расследовании: автореф. дис…канд. юрид. наук, Краснодар, 2002.

.Волков Д.А. К вопросу о процессуальной самостоятельности следователя // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. № 32. Том 11. 2007.

.Голубев Н. П. Организационно-правовые аспекты следственной деятельности.: дисс…канд. юрид. наук. СПб., 2005.

.Головко Л.В. Новый УПК РФ Российской Федерации в контексте сравнительного уголовно-процессуального права // Государство и право. 2002. № 5.

.Громов Н. А., Лисовенко В.В., Затона Р.Е. Следователь в уголовном процессе // Следователь. №4. 2008.

.Григорьев В. Н., Победкин А. В., Калинин В. Н. Процессуальная регламентация предварительного расследования в результате реформы 2007 г. // Государство и право. 2008. № 6.

.Дармаева В.Д. О процессуальной самостоятельности следователя // Следователь: Федеральное издание. 2002. № 10.

.Дармаева В.Д. Уголовно — процессуальный статус следователя: автореф. дис… канд. юрид. наук. М., 2003.

.Дутов Н.Ю. Процессуальные функции следователя в состязательном уголовном процессе и особенности их реализации: автореф. дис…канд. юрид. наук. Воронеж, 2012.

.Завидов Б.Д., Курина А.В. Правовое положение потерпевшего по Уголовно-процессуальному кодексу РФ // Адвокат. 2002. №8.

.Зажицкий В. И. О процессуальном положении следователя // Государство и право. 2011. № 6.

.Зеленин С. Потерпевший в состязательном процессе // Российская юстиция. 2001.

.Карякин Е. Допустимость доказательств, собранных защитником, и осуществление функции защиты в уголовном судопроизводстве // Российская юстиция, № 6, июнь 2003.

.Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М., 1995.

.Кольченко В.П. Допрос как способ доказывания и средство обеспечения прав личности в уголовном судопроизводстве: автореф. дис…канд. юрид. наук. Саратов, 2003.

.Комментарий к уголовному кодексу РФ / под ред. В.М. Лебедева, Ю.И. Скуратова. М., 2002.

.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / отв. ред. Д.Н. Козак, Е.Б. Мизулина. 2-е изд., перераб. и доп. 2004.

.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под ред. И.Л. Петрухина. М., 2002.

.Кореневский Ю., Токарева М. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности по уголовным делам. М., 2000.

.Козлов В.А. Первоначальные следственные действия по налоговым преступлениям // Российский следователь. 2003. № 1.

.Кузнецов П. Установление порядка исследования доказательств по уголовным делам // Российская юстиция, № 8, август 2003.

.Ларин А.М. Процессуальные гарантии и функция уголовного преследования // Сов. государство и право. 2005. № 7.

.Ларин А.М. Расследование уголовного дела: процессуальные функции. М., 2006.

.Лашко H.H., Максимов O.A. Судебный контроль при досудебном производстве как способ защиты прав граждан // Защита прав граждан в уголовном праве и процессе. Саратов, 2002.

.Лукашевич В. 3., Чичканов А. Б. Принцип состязательности и равноправия сторон в новом УПК РФ // Правоведение. 2002.

.Лукичев Н. А. Состязательность и равноправие сторон в уголовном судопроизводстве: дисс.… канд. юрид. наук. Саратов, 2003.

.Магомедов А.Ш. Проблемы понимания процессуальной самостоятельности следователя. Тамбов, 2013. №6 (32).

Часть 2.

.Мариупольский Л.А., Гольст Г.Р. К вопросу о процессуальных функциях следователя // Сов. государство и право. 2003. № 6.

.Мельников В. Ю. Следователь и дознаватель в уголовном процессе // Уголовное судопроизводство. 2012. № 8.

.Мухиддинов А. А. Уголовно-процессуальная самостоятельность следователя в свете требований нового УПК РФ Республики Таджикистан // Российский следователь. 2012. № 4.

.Нажимов В.П. Об уголовно-процессуальных функциях // Правоведение. 2003. № 5.

.Наметкин Д. В. Процессуальная самостоятельность органов и лиц, ведущих предварительное расследование: автореф. дисс…канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2007.

.Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2000.

.Пиюк А. В. Правовое положение следователя в современном уголовном процессе России // Российская юстиция. 2011. № 3.

.Протасевич А.А., Степаненко Д.А., Шиканов В.И. Моделирование и реконструкции расследуемого события: Очерки теории и практики следственной работы. Иркутск, 1997.

.Рябинина Т. К. Следственный комитет или судебный следователь? // Уголовное судопроизводство. 2011. № 1.

.Юридическая психологии: учебник / под ред. Романова В.В. М., 2000.

.Допрос: основания и порядок производства. Научно-практическое руководство // под. ред. Рыжакова А.П. Ростов н/Д, 2006.

.Рыжаков А.П. Процессуальные документы следователя и дознавателя. М., 2003.

.Рахмон Э. Послание Президента РТ Парламенту страны от 25 апреля 2010 г. Народная газета. Душанбе, 2010. № 17.

.Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Том 1. 1968.

.Смирнов А. В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс. М., 2005.

.Соловьев А. Б. Использование доказательств при допросе на предварительном следствии. М., 2001.

.Соловьев А. Б. Актуальные проблемы процессуального доказывания в досудебных стадиях уголовного судопроизводства // «Современные проблемы уголовного права, уголовного процесса, криминалистики, прокурорского надзора. Сб. научных трудов». Москва — Санкт-Петербург — Кемерово, 1998.

.Телегисова С.С. Процессуальный статус следователя как субъекта уголовно — процессуальных отношений // Вестник Оренбургского государственного университета. № 3 (139), март, 2012.

.Фоменко И.В. Решения и действия следователя на завершающем этапе расследования: дисс… канд. юрид. наук. Ставрополь, 2008.

.Хорьков С.Н. Процессуальная самостоятельность следователя: автореф. дис…канд. юрид. наук. М., 2006.

.Чупаков Ю. В. Процессуальный статус следователя в уголовном процессе // Молодой ученый. 2014. №17.

.Шейфер С. А. Российский следователь — исследователь или преследователь? // Российская юстиция. 2010. № 11.

.Шимановский В.В. К вопросу о процессуальной функции следователя в советском уголовном процессе // Правоведение. 2005. № 2.

.Якуб М.Л. О понятии процессуальной функции в советском уголовном судопроизводстве // Правоведение. 2003. № 5.

Интернет-ресурсы

76.Голубицкий Б.Г. Проблема полиграфа в уголовном процессе. Краснодар, 2006. Режим доступа: URL: http.://www.justicemaker.ru.

.Загидуллин В.Р. Правомерные приемы психологического воздействия при допросе обвиняемого и подозреваемого // По материалам Международной студенческой научной конференции «Глобализация и право: Общепризнанные принципы и нормы национального законодательства. Уфа, 2006. С. 1. Режим доступа: URL: .

.Выступление В. Путина на Мюнхенской конференции (2007 г.): [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: http.://www// youtube.com.

.«Путин поручил прокуратуре надзирать за Следственным комитетом»: [Электронный ресурс]. Режим доступа: URL: http.://www// NEWS.ru.com.